Журнал индексируется:

Российский индекс научного цитирования

Ulrich’s Periodicals Directory

CrossRef

СiteFactor

Научная электронная библиотека «Киберленинка»

Портал
(электронная версия)
индексируется:

Российский индекс научного цитирования

Информация о журнале:

Знание. Понимание. Умение - статья из Википедии

Система Orphus


Инновационные образовательные технологии в России и за рубежом


Московский гуманитарный университет



Электронный журнал "Новые исследования Тувы"



Научно-исследовательская база данных "Российские модели архаизации и неотрадиционализма"




Научно-информационный журнал "Армия и Общество"



Знание. Понимание. Умение
Главная / Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение» / №5 2016

Юдин Б. Г. Человек как объект, потребитель и мишень технонауки

Статья подготовлена при поддержке РГНФ, грант №15-23-01008а(м).

The article was prepared with support from the Russian Foundation for the Humanities, grant No. 15-23-01008а(м).


УДК 009 ; 17

Yudin B. G. Human Being as an Object, Consumer and Target of Technoscience

Аннотация ♦ 2015 год ознаменовался серьезными достижениями в области молекулярной генетики, а именно, успехами в разработке технологии, позволяющей выявлять дефектные участки генома, вырезать их и заменять здоровыми. Уже начались исследования, проводимые на оплодотворенных яйцеклетках человека. Технология «редактирования» генов чрезвычайно перспективна с точки зрения терапии генетических нарушений, однако некоторые потенциальные возможности ее применения, такие, как необратимое изменение генов зародышевой линии или «улучшающие» воздействия на геном человека, стали объектом ожесточенных дискуссий как специалистов, так и общественности. В статье рассматриваются содержание и результаты ряда таких дискуссий.

Ключевые слова: эмбрион человека, зародышевая линия, редактирование генома, этические проблемы, улучшение человека.

Abstract ♦ The year 2015 was marked by significant achievements in the field of molecular genetics, namely, success in the development of a technology that allows to detect defective parts of the genome, cut them out and replace by healthy ones. Research on human fertilized eggs has already started. The technology of genes “editing” is extremely promising in terms of treatment of genetic disorders, but some of its potential applications, such as an irreversible change in the germline genes or “enhancing” effect on the human genome, have become an object of fierce debate among professionals as well as in the wider public. The article deals with the content and results of some of these discussions.

Keywords: human embryo, germline, editing of genome, ethical issues, human enhancement.


В современной технонауке человек предстает как объект самых разнообразных технологических воздействий (см. в этой связи, например: Фролов, Юдин, 2009; Юдин, 2012). Это проявляется прежде всего в том, что он выступает как непосредственный потребитель того, что производит технонаука. Вместе с тем человек является и мишенью, на которую направлена активность всего технонаучного комплекса. А в той мере, в какой технологические воздействия на человека приобретают массированный характер, сам человек начинает рассматриваться и как продукт, как порождение этих воздействий.

Говоря о массированном характере технологических воздействий на человека, я имею в виду две их сферы. Это, во-первых, сфера нейронауки и порождаемых ею технологий. В пределах этой сферы основным субстратом, на который направлены технологические воздействия, выступает мозг человека и нейроны как составляющие его элементы. Соответственно, определяющей репрезентацией человеческого существа оказывается сознание, так что в некоторых случаях можно говорить о своеобразной форме редукционизма, когда считается, что сама сущность человека заключена в его сознании, которое, в свою очередь, обусловлено активностью и взаимодействиями нейронов. Такой редукционизм можно было бы назвать нейронным. На мой взгляд, он характерен для широко обсуждаемого сегодня трансгуманистического проекта «Россия 2045».

Другая сфера массированных технологических воздействий на человека — это вмешательства, осуществляемые на генетическом уровне. Термин «генетический редукционизм» (как и близкий ему по смыслу термин «генетический детерминизм») уже давно получил широкое распространение. В самое последнее время, впрочем, этот редукционизм обретает новые формы технологического воплощения, что является источником множества дискуссий по поводу порождаемых этими технологиями социально-этических проблем. Речь идет о технологиях редактирования генома (или редактирования генов), которые и будут обсуждаться в последующем изложении. В самом их именовании имплицитно содержится весьма распространенное представление о последовательности генов как о тексте. Учитывая, во-первых, это обстоятельство и, во-вторых, то, что сегодня при истолковании природы человека очень часто акцентируется исключительная роль генов, представляется вполне обоснованным при рассмотрении технологий, направленных на исправление генетических дефектов, использование такой метафоры, как редактирование человека. Человек при этом выступает как производное от своих генов, а следовательно, сегодня его можно помыслить и как продукт генетических технологий, таких, как технологии редактирования генома.

Технологии редактирования генома представляют собой новейший этап развития известной уже более четырех десятилетий технологии рекомбинирования ДНК. Смысл технологии редактирования в том, что она направлена на исправление «ошибок» (мутаций) в «тексте», которым является последовательность молекул, образующая отдельный ген. На специальном языке такая технология редактирования геномов высших организмов, базирующаяся на иммунной системе бактерий, носит довольно сложное название CRISPR/Cas9. Английский акроним CRISPR расшифровывается как “clustered regularly interspaced short palindromic repeats”, а переводится на русский таким выражением: «короткие палиндромные повторы, регулярно расположенные кластерами». Между одинаковыми повторами располагаются спейсеры — отличающиеся друг от друга фрагменты ДНК; они заимствуются из чужеродных генетических элементов, например, вирусов, с которыми сталкивалась клетка. При попадании вируса в бактериальную клетку его обнаруживают специализированные Cas-белки (CRISPR-associated sequence, последовательность, ассоциированная с CRISPR). Если фрагмент вируса «записан» в спейсере CRISPR РНК, Cas-белки разрезают ДНК вируса и уничтожают ее, тем самым защищая клетку от инфекции. Несколько лет назад удалось выяснить, что системы CRISPR/Cas9 могут вырабатывать иммунитет в клетках не только бактерий, но и высших организмов. Иными словами, такие системы дают возможность исправлять («редактировать») неправильные последовательности генов, а значит, лечить некоторые наследственные заболевания человека.

В 2012 г. было показано, что систему CRISPR/Cas можно перепрограммировать таким образом, чтобы она стала направленно разрезать ДНК в тех участках, которые выбираются исследователями. Как оказалось, можно искусственно синтезировать неприродную CRISPR РНК, при этом спейсером в такой синтетической РНК может стать именно та последовательность, которая интересна исследователю. Белок Cas9 в состоянии опознавать подобную синтетическую CRISPR РНК (которую называют «гидом»). Этот белок, таким образом, становится запрограммированным на опознание и разрезание соответствующего места в ДНК. Более того, на место вырезаемого дефектного участка ДНК может вставляться аналогичная «здоровая» последовательность.

Принципиально важный шаг в разработке технологии CRISPR/Cas9 был сделан группой китайских исследователей под руководством Цзюньцзю Хуана из Университета им. Сунь Ятсена в Гуанчжоу в апреле 2015 г. Объектом их интереса стал геном человеческого эмбриона. В своих экспериментах они пытались «отремонтировать» ген, ответственный за такое наследственное заболевание крови, как бета-талассемия. В качестве объекта эксперимента выступала оплодотворенная яйцеклетка человека, обладающая подобным дефектом. В клетку вводился белок Cas9 и РНК-гид, которым надлежало найти дефектную копию гена, вырезать из нее соответствующий участок и заменить его здоровым. В результате удалось «отремонтировать» 5–10% эмбрионов-носителей этой мутации[1].

Этот многообещающий эксперимент, впрочем, породил надежды на колоссальные новые возможности не только в области медицины, но и далеко за ее пределами. Вместе с тем у исследователей из разных стран мира возникли опасения по поводу серьезных рисков, с которыми сопряжены разработка и использование этой технологии. Перспективы редактирования генома человека порождают немало научных, этических и социальных вопросов.

***

Можно говорить о двух группах этических проблем, обсуждаемых в весьма острых дискуссиях, сопровождающих развитие этих технологий, причем эти группы сходны с теми проблемными областями, которые в свое время поднимались в связи с дискуссиями о клонировании человека. Первая группа — это несовершенство новых технологий, находящихся на первых стадиях развития. В спорах вокруг клонирования большое место отводилось тому обстоятельству, что появившаяся на свет благодаря этой технологии овечка Долли была единственным удачным результатом почти трехсот попыток.

Аналогичным образом в упоминавшемся эксперименте китайских исследователей, в котором использовалось 86 оплодотворенных яйцеклеток человека, содержащих ген бета-талассемии, только у четырех подобных яйцеклеток удалось вырезать испорченный ген и вставить на его место новый. Более того, оказалось, что использование технологии CRISPR/Cas9 приводило к множеству ошибок: ДНК разрезалась не там, где нужно, возникало большое количество мутаций, появлявшихся вовсе не в тех местах, где ожидалось.

Впрочем, эти проблемы — назовем их техническими, — видимо, будут находить свои решения по мере совершенствования технологии. Более сложными представляются проблемы, которые можно отнести ко второй группе. Они относятся к такого рода ситуациям, когда, скажем, репродуктивное клонирование окажется успешным, и касаются того, какими свойствами (а вдруг совершенно неожиданными?) будет обладать появившееся на свет таким нетрадиционным образом (человеческое?) существо, каковым будет его социальный статус и как его будут воспринимать окружающие. Проблемы такого рода оживленно обсуждались лет 15–20 назад, но постепенно, после того как в большинстве стран мира репродуктивное клонирование было запрещено, дискуссии по этому поводу затихли.

В случае же технологий редактирования генома аналогичные по сложности проблемы возникают в связи с перспективой применения этих технологий к человеческим эмбрионам, что, собственно, и делали в своих экспериментах китайские исследователи. Одной из немногих этических норм в области генной инженерии, которая пользовалась едва ли не всеобщим признанием, был запрет на вмешательства в зародышевую линию человека. Вот как формулируется эта норма в одном из наиболее авторитетных международных документов — Конвенции о биоэтике Совета Европы. Статья 13 Конвенции, озаглавленная «Вмешательства в геном человека», гласит: «Вмешательство в геном человека, направленное на его модификацию, может быть осуществлено лишь в профилактических, диагностических или терапевтических целях и только при условии, что оно не направлено на изменение генома наследников данного человека» (Конвенция о защите прав и достоинства человека … , 1997: Электронный ресурс). Следует подчеркнуть, что во многих европейских странах эта Конвенция, после ее ратификации национальными парламентами, приобрела силу закона.

Суть этого ограничения в том, что из двух возможных видов вмешательства в геном одни (те, что производятся на уровне соматических клеток) не выходят за пределы данного индивида, тогда как вмешательства, затрагивающие зародышевые клетки, будут передаваться потомству. При этом вполне может оказаться, что такого рода вмешательство будет, помимо эффекта, ради которого оно производится, вызывать у потомков и другие, непредвиденные, нежелательные и при этом необратимые последствия.

В этой связи можно было бы подумать, что эксперименты китайских ученых, направленные на модификацию оплодотворенных яйцеклеток, являются нарушением запрета на вмешательство в зародышевую линию. Это, однако, не так, поскольку по условиям эксперимента деление исходной клетки происходило в течение максимум двух суток, так что «на выходе» получался эмбрион, состоящий всего из восьми клеток. Тем не менее сообщения об этих экспериментах породили острые дискуссии не только в научном сообществе, но и далеко за его пределами. И дело не ограничилось только лишь дискуссиями — лидеры научного сообщества задумались о том, не следует ли приостановить некоторые, наиболее рискованные виды экспериментов.

В этой связи необходимо подчеркнуть, что важны не только дискуссии сами по себе, которые способствуют выработке объемного представления о социально-этических проблемах, возникающих в связи с технологиями редактирования, но и принимаемые на основе этих дискуссий решения регулятивного характера.

***

29 апреля 2015 г. за подписью директора Национальных институтов здоровья (NIH) США[2] Фрэнсиса Коллинза было опубликовано заявление, касающееся финансирования NIH-исследований, в которых технология редактирования генов будет применяться к эмбрионам человека (Collins, 2015: Электронный ресурс; Callaway, 2016: Электронный ресурс). Редактирование генов, отмечает Ф. Коллинз, — это область исследований, направленных на модификацию генов живых организмов с тем, чтобы улучшить наше понимание того, как функционируют гены, и продвинуться в терапевтических применениях, имеющих целью исправление генетических аномалий.

Редактирование генов, как было отмечено в Заявлении, уже широко используется в изучении многих организмов. Например, технология CRISPR/Cas9 существенно сокращает время, необходимое для создания таких моделей болезни, которые получили название «нокаутной мыши». Это облегчает исследователям изучение генетических причин интересующих их болезней. Данная технология используется также для разработки нового поколения антимикробных препаратов, которые можно специфически нацеливать на вредоносные линии бактерий и вирусов. В первом клиническом приложении редактирования генома эта методика применялась для создания в иммунных клетках человека сопротивляемости к ВИЧ-1, что вызвало по крайней мере у одного индивида понижение вирусной нагрузки до уровня невыявляемости. NIH поддерживают подобного рода исследования.

Вместе с тем, подчеркивает Ф. Коллинз, NIH не будут финансировать какое бы то ни было применение технологий редактирования генов к эмбрионам человека. Идея изменения человеческой зародышевой линии на уровне эмбриона с клиническими целями обсуждалась на протяжении многих лет с самых разных точек зрения. Почти повсеместно такое изменение воспринимается в качестве линии, пересекать которую не следует. Технологические достижения открывают перед нами элегантный новый путь в редактировании генома, тем не менее остаются серьезные возражения против того, чтобы включаться в эту деятельность. Это — серьезные и не поддающиеся количественному учету проблемы безопасности, этические проблемы, связанные с такими изменениями зародышевой линии, которые будут передаваться индивидам следующего поколения без их согласия, и нынешний недостаток убедительных медицинских приложений, которые оправдывали бы применение CRISPR/Cas9 к эмбрионам.

***

В самом начале декабря 2015 г. этические проблемы редактирования генов обсуждались сразу на двух международных форумах. В Страсбурге на пленарном заседании Комитета по биоэтике Совета Европы было принято Заявление о технологиях редактирования генома (Statement on genome editing technologies, 2015: Электронный ресурс).

В нем, в частности, отмечается, что разработка новых технологий редактирования генома, таких, как CRISPR/Cas9, породила серьезную реакцию, в том числе и в научном сообществе. Методы модификации генов используются в течение нескольких десятилетий и играют существенную роль в биомедицинских исследованиях. Новые же технологии редактирования генома открывают возможности для простых и точных модификаций применительно к широкому спектру биологических видов.

Сильной поддержкой, отмечается в Заявлении Комитета по биоэтике, пользуется применение этих технологий для лучшего понимания причин болезней и для их лечения; они обладают значительным потенциалом для исследований в этой области и для улучшения здоровья людей. Однако их применение к гаметам или эмбрионам человека порождает множество этических, социальных и сопряженных с безопасностью проблем, особенно в случаях, когда та или иная модификация генома может передаваться будущим поколениям. Вследствие этого во всем мире многие видные эксперты как из сферы биомедицины, так и вне ее, призывают к глубокому анализу потенциальных рисков редактирования генома и к дискуссиям относительно применения этих технологий к человеку. В этой связи Комитет по биоэтике Совета Европы выражает готовность, исходя из своих полномочий, изучить этические и юридические вызовы, порождаемые новыми технологиями редактирования генома.

Другой международный форум, состоявшийся в декабре 2015 г., — Международный саммит по редактированию генов человека. Он был организован Академией наук КНР, Лондонским Королевским обществом, Национальной академией наук США и Национальной академией медицины США и проходил в Вашингтоне. Оргкомитетом саммита было подготовлено «Заявление Международного саммита о редактировании генов человека» (International Summit … , 2015: Электронный ресурс; см. также: Harris, 2015: Электронный ресурс).

В течение трех дней более 500 участников, съехавшихся со всего мира, обсуждали научные, этические, юридические, социальные и организационные проблемы, которые возникают в связи с технологией редактирования генома.

Открывая саммит, председатель оргкомитета, Нобелевский лауреат биолог Д. Балтимор (США) отметил: «…наше собрание здесь — это часть исторического процесса, восходящего к работам Дарвина и Менделя в XIX в. На нас ложится серьезная ответственность перед обществом, поскольку мы понимаем, что, возможно, находимся в переломной точке истории человечества. Сегодня мы чувствуем, что близки к тому, чтобы изменять наследственность человека. Необходимо рассмотреть возникающие в связи с этим вопросы. Каким образом общество хотело бы (если бы вообще хотело) использовать эту возможность?»

Новые инструменты для редактирования генов, подчеркнул К. Раевский (Центр молекулярной медицины им. Макса Дельбрюка), — это продукт более чем 60 лет фундаментальных исследований природы молекул ДНК. Предыдущие технологии позволили изменять ДНК в заранее намеченных местах. Хотя эти технологии и сегодня используются в клинических испытаниях, они громоздки и трудны для применения. Новая технология, использующая молекулярные сборки, которые называют CRISPR/Cas9, проста, недорога и может с высокой степенью избирательности воздействовать на последовательности ДНК.

Впрочем, технология CRISPR/Cas9 имеет и ряд недостатков: она может изменять ДНК в других локусах, помимо намеченных, что ведет к инактивации важных генов, или вызывать хромосомные перестройки. Она может порождать иммунные ответы при введении молекул в тело. Требуется дальнейшая работа над этой технологией, чтобы ее безопасность и эффективность позволила использовать ее в клинических приложениях.

Новые методы редактирования генов сегодня оказывают наиболее заметное влияние на фундаментальные биологические и биомедицинские исследования. CRISPR/Cas9 используется для понимания механизмов действия генов, белков и клеток, а также для изучения дифференциации человеческой спермы и яйцеклеток, фертилизации, деления клеток и эмбрионального развития.

Потенциальные применения методов редактирования человеческих генов можно разбить на две категории. Первая — это изменения в ДНК соматических клеток человека, включая клетки крови, мускулов, внутренних органов, кожи, костей и соединительных тканей. При редактировании генов вне организма CRISPR/Cas9 или другая молекула используется для того, чтобы изменить, удалить или добавить ДНК либо модифицировать экспрессию генов в клетках, изъятых из тела или выращенных в культуре. При манипуляциях in vivo отредактированные молекулы вводятся в тело туда, где размещены клетки-мишени, для изменения ДНК.

Вторая категория методов редактирования генома — это изменение последовательностей ДНК в зародышевых клетках человека. Если при редактировании соматических клеток измененные клетки умирают со смертью пациента и не передаются будущим поколениям, то редактирование клеток зародышевой линии производит такие изменения в ДНК, которые могут наследоваться в цепи поколений.

***

На саммите обсуждались возможные приложения технологии редактирования зародышевой линии. Эта технология может использоваться для изменения болезнетворных генов, наследуемых от одного или обоих родителей, например, генов, ответственных за муковисцидоз, серповидноклеточную анемию или болезнь Хантингтона. Ее можно было бы использовать и для изменения генетических вариаций, вызывающих бесплодие. Можно было бы изменять гены и для защиты против болезней, например, модифицируя гены, играющие роль в сердечных заболеваниях. Редактирование генов зародышевой линии можно было бы направить и на улучшение свойств человека, если бы удалось идентифицировать и модифицировать гены, ответственные за желательные свойства. Это — толерантность по отношению к той или иной пище или среде обитания, приостановление возрастной деградации когнитивных способностей или мускулов, долголетие или изменение ментальных характеристик. Окончательным результатом подобного редактирования могут стать постоянные и существенные изменения в генофонде человечества.

В ходе дискуссий выявились кардинальные разногласия относительно желательного будущего технологий редактирования генов. Философ Дж. Харрис (Манчестерский университет, Великобритания) отметил, что ни одна из новых биомедицинских технологий не является совершенно безопасной и что даже при половом пути репродукции человека у существенного количества детей возникают медицинские проблемы генетического характера. Редактирование генов станет приемлемым, когда польза от него, как для индивидов, так и для общества, будет превосходить риски, хотя сегодня возможные риски и преимущества, как и уровни приемлемого риска, остаются неопределенными. С точки зрения Харриса, редактирование генов человека — средство сделать эволюцию «процессом более рациональным и намного более быстрым, чем Дарвиновская эволюция». В какой-то момент, заметил он, нам придется выйти за пределы нашей хрупкой планеты, как и нашей хрупкой природы. Один из способов улучшить нашу способность сделать и то, и другое — это улучшение природы человека.

В противоположность этому философ и теолог Х. Хакер (Университет Лойолы в Чикаго, США) предложила ввести двухлетний мораторий на фундаментальные исследования в области редактирования зародышевой линии человека, чтобы ООН и соответствующие региональные структуры смогли подготовить международный юридически обязывающий запрет на ее редактирование в репродуктивных целях. Целью общества, по словам Хакер, должно быть улучшение жизни для всех и обеспечение того, чтобы каждый мог жить достойно и свободно. Но если речь идет о редактировании генов, будущие риски непредсказуемы, а это значит, что в перспективе вред вполне может перевесить пользу. Будущие родители обязаны уважать моральный статус человеческого эмбриона, однако редактирование генов зародышевой линии не согласуется с этой обязанностью, поскольку эмбрион при этом воспринимается как собственность или товар.

Перспективы редактирования генов человека неизбежно воскрешают в памяти нарушения прав человека, в частности, историю евгеники в первой половине XX в. По словам историка науки Д. Кевлса (Нью-Йоркский университет, США), евгеника не была какой-то маргинальной идеологией, в США и других странах она пользовалась авторитетом среди профессионалов и в обществе. Ее приверженцы считали, что такие черты, как склонность к преступлениям, слабоумие и нищета, передаются по наследству, как и физические свойства. Идеи евгеники привели к насильственной стерилизации и ограничениям на иммиграцию индивидов и групп, которые считались низшими с точки зрения генетики. Только после того, как нацисты довели евгенические идеи до ужасающих крайностей, это понятие было дискредитировано. И хотя сегодня евгеника не является мощным движением, некоторые силы, поддерживавшие ее 100 лет назад, действуют и сегодня. Так, экономические соображения, стремление снизить затраты на здравоохранение могут побудить людей изменять генетические последовательности, ассоциирующиеся с теми или иными заболеваниями. Вера в то, что гены влияют на поведение или другие сложные качества, может подталкивать к тому, чтобы изменять эти гены у будущих поколений. В то же время и потребительский спрос на определенные черты потомков может стимулировать людей, чтобы частным, трудно регулируемым образом прибегать к редактированию генов.

Значительное внимание в рамках саммита было уделено проблемам управления развитием этой технологии. Было отмечено, что управление во все большей мере приобретает международный характер и вместе с тем меняется в направлении от «жесткого» права, для которого характерны требования, обладающие принудительной силой, к «мягкому»; последнее базируется не на принудительных санкциях, а на механизмах добровольного характера. Немецкий биолог Т. Рейсс (Фраунгоферовский институт системных и инновационных исследований, Карлсруэ, Германия) называет такой подход «респонсибилизацией» (responsibilization — принятие ответственности): при этом не одни только ученые, но и социальные стейкхолдеры, и инноваторы несут совместную ответственность за воздействие, последствия, устойчивость и принятие инновации. Респонсибилизация не только инициирует общественное обсуждение или вовлечение стейкхолдеров, она, препятствуя тому, чтобы наука и технологии оказывались за пределами общественного обсуждения и управления, знаменует фундаментальную трансформацию всей инновационной системы.

***

На заключительном заседании оргкомитет саммита, в котором принимали участие биологи, врачи и специалисты по биоэтике, распространил заявление, содержащее выводы по результатам его работы.

Особое внимание в заявлении уделяется вопросам возможного применения этой технологии к генам зародышевой линии. Особого внимания здесь требуют следующие проблемы:

  • риски неточного редактирования (что может привести к мутациям за пределами генов-мишеней) и неполного редактирования клеток на ранней стадии развития эмбриона, что может привести к мозаичности;

  • трудность предсказания вредоносных эффектов, они могут быть вызваны изменением генов в широком диапазоне обстоятельств, с которыми сталкиваются человеческие популяции;

  • обязанность рассматривать последствия не только для данного индивида, но и для будущих поколений, которые будут носителями измененных генов;

  • тот факт, что единожды введенное в человеческую популяцию генетическое изменение будет трудно удалить или ограничить пределами одного сообщества или отдельной страны;

  • возможностью того, что постоянные генетические «улучшения» в отдельных субпопуляциях будут становиться источниками социального неравенства;

  • морально-этические соображения, касающиеся целенаправленного изменения эволюции человека с помощью этой технологии.

Было бы безответственно начинать какое-либо клиническое применение этой технологии к клеткам зародышевой линии до тех пор, пока не будут удовлетворительно решены вопросы безопасности и эффективности и не найден широкий социальный консенсус относительно приемлемости любого предлагаемого приложения.

Джон Тревис, редактор отдела новостей журнала Science, опубликовал в разделе Science Insider, посвященном срочным новостям и аналитическим материалам по научной политике, репортаж о работе этого саммита (Travis, 2015: Электронный ресурс). Работы с CRISPR начались всего три года назад. Уже сегодня можно ожидать, отмечает Тревис, что CRISPR преобразует всю биологию, от наиболее фундаментальных областей до создания новых сортов сельскохозяйственных растений и животных. Но внимание публики и политиков приковали именно потенциальные возможности применения CRISPR к человеку. Это произошло после того, как китайская команда исследователей в 2015 г. первой сообщила об использовании этой технологии для изменения ДНК эмбрионов человека (нежизнеспособных, созданных в процессе оплодотворения в пробирке), а группа в Великобритании заявила, что она хочет провести аналогичные исследования у себя. В ответ на это и был спешно созван саммит.

Многие, замечает далее Дж. Тревис, сравнивают это собрание с собранием в 1975 г. в Асиломаре (Калифорния, США), на котором небольшая группа биологов обсуждала новую для того времени, но значительно более грубую технологию рекомбинирования последовательностей ДНК и призвала к мораторию на такие работы до тех пор, пока не будут разрешены опасения по поводу случайного выброса генетически модифицированных организмов в окружающую среду (см.: Торгашёв, Шунин, 2015). Однако при открытии саммита нобелевский лауреат Д. Балтимор, участвовавший и в Асиломарской конференции, подчеркивал различие между двумя этими событиями. В Асиломаре речь шла о биобезопасности лабораторных экспериментов, тогда как мотивом для проведения нового саммита стали этические проблемы, касающиеся безопасности при лечении пациентов, того, что может происходить после выхода этой технологии за пределы исследовательской лаборатории. По мнению Балтимора, технология CRISPR настолько дешева, широко распространена и легка в применении, что принятие моратория наподобие Асиломарского на ее использование представляется непрактичным.

В этой связи можно было бы возразить Тревису — в Асиломаре собралась не такая уж «небольшая группа биологов», особенно если учитывать не только их количество, но и их научный авторитет. Соглашаясь же с Балтимором относительно различий между двумя конференциями, следовало бы вместе с тем обратить внимание и на связывающие их нити преемственности. В обоих случаях сами ученые, работающие на переднем крае науки, а не кто-либо другой, первыми проявили обеспокоенность по поводу того, к каким последствиям могут привести проводимые ими чрезвычайно перспективные исследования. В обоих случаях мы имеем дело со своего рода «упреждающим реагированием» на появление и распространение новых технологических достижений. Правда, если во времена Асиломара такое упреждающее реагирование было чем-то уникальным и непривычным, то сегодня оно становится необходимой составной частью инновационного развития.

Одной из тем, обсуждавшихся на саммите, было возможное применение CRISPR для улучшения человека. Биолог Э. Лэндер, член оргкомитета, задался вопросом: может ли и должно ли редактирование генов использоваться для таких целей, как повышение сопротивляемости к болезням, улучшение когнитивных умений или иное генетическое совершенствование людей? Лэндер считает, что мы слишком мало знаем о роли генома человека в познании и других характеристиках, чтобы браться за это и вводить постоянные изменения в генофонд человечества.

Во время работы саммита (2 декабря 2015 г.) упомянутый английский философ Дж. Харрис выступил со статьей в газете «Гардиан» (Harris, 2015: Электронный ресурс). Автор резко критически настроен и по отношению к уже цитировавшемуся заявлению Коллинза, и к статье 13 Конвенции о биоэтике Совета Европы, и к Универсальной декларации ЮНЕСКО о геноме человека и правах человека. Обсуждая вопрос о редактировании генов эмбрионов, он отмечает, что возражения против этой технологии строятся на трех ошибочных допущениях. Первое — то, что редактирование генов неприемлемо, поскольку оно затрагивает будущие поколения, причем считается, что зародышевая линия человека есть нечто священное и неприкосновенное. Второе — неприемлемый риск для будущих поколений. Третье — невозможность получить согласие этих будущих поколений означает, что мы не можем использовать редактирование генов.

Необходимо осознавать, пишет Дж. Харрис, что к этой теме невозможно подходить с позиций принципа предосторожности: точно так же, как отсроченная справедливость есть отрицание справедливости, отсроченная терапия есть отрицание терапии.

Многие возражения против вмешательств в зародышевую линию основываются на том, что эти вмешательства влияют на последующие поколения. Но это справедливо не только для всех вспомогательных репродуктивных технологий, но и вообще для всякой репродукции. Считается, что каждый год 7,9 млн детей, 6% от количества всех новорожденных в мире, рождаются с серьезными дефектами генетического или частично генетического происхождения. Будь половая репродукция не результатом биологической эволюции, а изобретением ученых, она — в силу ее столь серьезной опасности — никогда не была бы лицензирована.

Что касается невозможности получить согласие будущих поколений, то, как замечает Дж. Харрис, всем нам приходится принимать решения за будущих людей, не считаясь с их неизбежно отсутствующим согласием. Все потенциальные родители принимают множество решений по вопросам, которые могут затрагивать их будущих детей, не задумываясь об их согласии. Если в этой сфере и существует какая-либо четкая обязанность, то она состоит в том, чтобы создать как можно лучшего ребенка. Именно это и будет, при прочих равных условиях, лучшим выбором для наших действий.

Дж. Харрис ссылается на знаменитого физика Стивена Хокинга, который когда-то предсказывал, что планета Земля откажется от нас примерно через 7,6 млрд лет, но недавно изменил свою позицию и высказался в том духе, что наша хрупкая планета будет оставаться обитаемой не более тысячи лет, поэтому будущее человечества следует искать в Космосе. Когда-то, продолжает эту мысль Харрис, нам придется выйти за пределы не только хрупкой планеты, но и нашей собственной хрупкой природы. Наша способность осуществить и то, и другое зависит от того, сможем ли мы улучшить собственную природу настолько, чтобы сделать ее «достаточно безопасной». Наша неотвратимая моральная обязанность состоит в том, чтобы продолжать научные исследования по технологиям редактирования генов до той поры, пока наши знания не позволят нам делать рациональный выбор. Сейчас не время останавливаться.

***

Наш краткий обзор событий, связанных с развитием новой, чрезвычайно перспективной технологии, показывает, что неотъемлемой составной частью процесса ее разработки и применения становится то, что можно назвать ее социально-гуманитарным сопровождением. Оно находит свое выражение и в форме широких общественных дискуссий, в ходе которых:

  •  выявляются и уточняются узлы этических, юридических и социальных проблем, порождаемых этой технологией;

  • определяется круг стейкхолдеров — социальных групп, интересы которых так или иначе затрагиваются ею, и возможности их участия в выработке и принятии решений, касающихся применения этой технологии, распределения связанных с ней благ и рисков.

Речь, следовательно, идет о наработке определенного массива знаний, относящихся к социально-гуманитарным аспектам разработки и применения новой технологии. Принципиальное значение имеет то обстоятельство, что эти знания носят не только дескриптивный, но и нормативный, предписывающий характер. Именно таким образом осуществляется социальное управление инновационным развитием.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Более полное представление об этой технологии дают материалы: Конвенция о защите прав и достоинства человека … , 1997: Электронный ресурс; Редактирование генома с CRISPR/Cas9, 2016: Электронный ресурс.

[2] Учреждение Департамента здравоохранения США. Является основным центром правительства США, ответственным за исследования проблем здравоохранения и биомедицины. NIH состоит из 27 институтов и исследовательских центров.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и биомедицине (1997) [Электронный ресурс] // Council of Europe. URL: https://rm.coe.int/CoERMPublicCommonSearchServices/DisplayDCTMContent?documentId=090000168007d004 [архивировано в WaybackMachine] (дата обращения: 10.09.2016).

Редактирование генома с CRISPR/Cas9 (2016) [Электронный ресурс] // ПостНаука. 15 февраля. URL: http://postnauka.ru/faq/59807 [архивировано в WaybackMachine] (дата обращения: 10.09.2016).

Торгашёв, А., Шунин, И. (2015) Отредактировать человека: Революционный инструмент генетиков и модификация людей [Электронный ресурс] // Кот Шрёдингера. № 6 (08). URL: http://kot.sh/statya/208/otredaktirovat-cheloveka [архивировано в WebCite] (дата обращения: 10.09.2016).

Фролов, И. Т., Юдин, Б. Г. (2009) Этика науки: Проблемы и дискуссии. Изд. 2-е, перераб. и доп. М. : Книжный дом «ЛИБРОКОМ». 256 с.

Юдин, Б. Г. (2012) Человек как объект преобразования и познания // Наука и инновации. № 7 (113). С. 9–12.

Callaway, E. (2016) UK scientists gain license to edit genes in human embryos [Электронный ресурс] // Nature. Vol. 530. Issue 7588. February 1. P. 18. URL: http://nature.com/news/uk-scientists-gain-licence-to-edit-genes-in-human-embryos-1.19270 [архивировано в WebCite] (дата обращения: 10.09.2016). DOI: 10.1038/nature.2016.19270

Collins, F. (2015) Statement on NIH funding of research using gene-editing technologies in human embryos [Электронный ресурс] // National Institutes of Health. April 28. URL: http://nih.gov/about-nih/who-we-are/nih-director/statements/statement-nih-funding-research-using-gene-editing-technologies-human-embryos [архивировано в WebCite] (дата обращения: 10.09.2016).

Harris, J. (2015) Why human gene editing must not be stopped [Электронный ресурс] // The Guardian. December 2. URL: https://theguardian.com/science/2015/dec/02/why-human-gene-editing-must-not-be-stopped [архивировано в WebCite] (дата обращения: 10.09.2016).

International Summit on Human Gene Editing (2015) [Электронный ресурс] // The National Academies of Sciences, Engineering, and Medicine. December 1–3. URL: http://nationalacademies.org/cs/groups/genesite/documents/webpage/gene_170582.pdf [архивировано в WebCite] (дата обращения: 10.09.2016).

Statement on genome editing technologies (2015) / Committee on Bioethics (DH-BIO) [Электронный ресурс] // Council of Europe. URL: https://rm.coe.int/CoERMPublicCommonSearchServices/DisplayDCTMContent?documentId=090000168049034a [архивировано в WaybackMachine] (дата обращения: 10.09.2016).

Travis, J. (2015) Inside the summit on human gene editing: A reporter’s notebook [Электронный ресурс] // Science. December 4. URL: http://sciencemag.org/news/2015/12/inside-summit-human-gene-editing-reporter-s-notebook [архивировано в WebCite] (дата обращения: 10.09.2016).


REFERENCES

Konventsiia o zashchite prav i dostoinstva cheloveka v sviazi s primeneniem dostizhenii biologii i meditsiny: Konventsiia o pravakh cheloveka i biomeditsine [Convention for the Protection of Human Rights and Dignity of the Human Being with regard to the Application of Biology and Medicine: Convention on Human Rights and Biomedicine]. (1997) Council of Europe [online] Available at: https://rm.coe.int/CoERMPublicCommonSearchServices/DisplayDCTMContent?documentId=090000168007d004 [archived in WaybackMachine] (accessed 10.09.2016). (In Russ.).

Redaktirovanie genoma s CRISPR/Cas9 [CRISPR/Cas9 genome editing] (2016) PostNauka, February 15 [online] Available at: http://postnauka.ru/faq/59807 [archived in WaybackMachine] (accessed 10.09.2016). (In Russ.).

Torgashev, A. and Shunin, I. (2015) Otredaktirovat' cheloveka: Revoliutsionnyi instrument genetikov i modifikatsiia liudei [To edit a human being: A revolutionary tool of genetics and people’s modification]. Kot Shredingera, no. 6 (08). [online] Available at: http://kot.sh/statya/208/otredaktirovat-cheloveka [archived in WebCite] (accessed 10.09.2016). (In Russ.).

Frolov, I. T. and Yudin, B. G. (2009) Etika nauki: Problemy i diskussii [Ethics of science: Issues and discussions]. 2nd edn., revised and enlarged. Moscow, LIBROKOM Book House. 256 p. (In Russ.).

Yudin, B. G. (2012) Chelovek kak ob"ekt preobrazovaniia i poznaniia [Human being as an object of transformation and cognition]. Nauka i innovatsii, no. 7 (113), pp. 9–12. (In Russ.).

Callaway, E. (2016) UK scientists gain license to edit genes in human embryos. Nature, vol. 530, issue 7588, February 1, p. 18. [online] Available at: http://nature.com/news/uk-scientists-gain-licence-to-edit-genes-in-human-embryos-1.19270 [archived in WebCite] (accessed 10.09.2016). DOI: 10.1038/nature.2016.19270

Collins, F. (2015) Statement on NIH funding of research using gene-editing technologies in human embryos. National Institutes of Health, April 28. [online] Available at: http://nih.gov/about-nih/who-we-are/nih-director/statements/statement-nih-funding-research-using-gene-editing-technologies-human-embryos [archived in WebCite] (accessed 10.09.2016).

Harris, J. (2015) Why human gene editing must not be stopped. The Guardian, December 2. [online] Available at: https://theguardian.com/science/2015/dec/02/why-human-gene-editing-must-not-be-stopped [archived in WebCite] (accessed 10.09.2016).

International Summit on Human Gene Editing. (2015) The National Academies of Sciences, Engineering, and Medicine, December 1–3. [online] Available at: http://nationalacademies.org/cs/groups/genesite/documents/webpage/gene_170582.pdf [archived in WebCite] (accessed 10.09.2016).

Statement on genome editing technologies (2015) / Committee on Bioethics (DH-BIO). Council of Europe [online] Available at: https://rm.coe.int/CoERMPublicCommonSearchServices/DisplayDCTMContent?documentId=090000168049034a [archived in WaybackMachine] (accessed 10.09.2016).

Travis, J. (2015) Inside the summit on human gene editing: A reporter’s notebook. Science, December 4. [online] Available at: http://sciencemag.org/news/2015/12/inside-summit-human-gene-editing-reporter-s-notebook [archived in WebCite] (accessed 10.09.2016).


Юдин Борис Григорьевич — член-корреспондент РАН, доктор философских наук, профессор, главный научный сотрудник Института философии РАН, директор Центра биоэтики Института фундаментальных и прикладных исследований Московского гуманитарного университета, академик Международной академии наук (г. Инсбрук, Австрия). Адрес: 119991, Россия, г. Москва, ул. Волхонка, д. 14, стр. 5. Тел.: +7 (499) 697-90-67.

Yudin Boris Grigorievich, corresponding member of the Russian Academy of Sciences, Doctor of Philosophy, Professor, Chief Researcher, Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences; Director, Center of Bioethics, Institute of Fundamental and Applied Studies, Moscow University for the Humanities; Full Member, International Academy of Science (Innsbruck, Austria). Postal address: Bldg. 5, 14 Volkhonka St., 119991 Moscow, Russian Federation. Tel.: +7 (499) 697-90-67.

E-mail: byudin@yandex.ru


Библиограф. описание: Юдин Б. Г. Человек как объект, потребитель и мишень технонауки [Электронный ресурс] // Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение». 2016. № 5 (сентябрь — октябрь). С. 5–22. URL: http://zpu-journal.ru/e-zpu/2016/5/Yudin_Human-Being-Technoscience/ [архивировано в WebCite] (дата обращения: дд.мм.гггг).

Дата поступления: 12.09.2016.




в начало документа
  Забыли свой пароль?
  Регистрация





  "Знание. Понимание. Умение" № 4 2017
Вышел  в свет
№4 журнала за 2017 г.



Каким станет высшее образование в конце XXI века?
 глобальным и единым для всего мира
 локальным с возрождением традиций национальных образовательных моделей
 каким-то еще
 необходимость в нем отпадет вообще
проголосовать
Московский гуманитарный университет © Редакция Информационного гуманитарного портала «Знание. Понимание. Умение»
Портал зарегистрирован Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере
СМИ и охраны культурного наследия. Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-25026 от 14 июля 2006 г.

Портал зарегистрирован НТЦ «Информрегистр» в Государственном регистре как база данных за № 0220812773.

При использовании материалов индексируемая гиперссылка на портал обязательна.

Яндекс цитирования  Rambler's Top100


Разработка web-сайта: «Интернет Фабрика»