Журнал индексируется:

Российский индекс научного цитирования

Ulrich’s Periodicals Directory

CrossRef

СiteFactor

Научная электронная библиотека «Киберленинка»

Портал
(электронная версия)
индексируется:

Российский индекс научного цитирования

Информация о журнале:

Знание. Понимание. Умение - статья из Википедии

Система Orphus


Инновационные образовательные технологии в России и за рубежом


Московский гуманитарный университет



Электронный журнал "Новые исследования Тувы"



Научно-исследовательская база данных "Российские модели архаизации и неотрадиционализма"




Научно-информационный журнал "Армия и Общество"



Знание. Понимание. Умение
Главная / Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение» / №4 2014

Васильев Ю. А. Тайны «Могикана». Статья 4. Маленькие герои большой войны

Статья подготовлена в рамках проекта «Демифологизация истории России», осуществляемого АНО «Центр образовательных технологий» при поддержке Общероссийской общественной организации «Общество “Знание” России».

The article was written within the framework of the project “The Demythologization of Russian History” conducted by Autonomous Non-Commercial Organization “Center for Educational Technologies” with support from All-Russian Non-governmental Organization “Society Knowledge of Russia”.


УДК 94(470.22)

Vasiliev Yu. A. The “Mohican’s” Secrets. Article 4. Little Heroes of a Big War

Аннотация ♦ В четвертой статье из цикла «Тайны “Могикана”» (К 100-летию со дня рождения Ю. В. Андропова) рассматривается феномен патриотического движения школьников Карелии в помощь фронту. В поддержке, организации и развитии инициатив учащихся школ по оказанию помощи фронту значимую роль играл комсомол республики, возглавляемый Ю. В. Андроповым.

В работе представлен анализ причин и факторов массового характера патриотического движения детей войны от мала до велика. Автор показал, что помощь фронту рассматривалась как критерий патриотизма. Для них это была передовая линия фронта в борьбе с врагом. Освещаются многочисленные направления помощи фронту: работа школьников на сельскохозяйственных работах и в подсобных хозяйствах школ по обеспечению продовольствием фронта и тыла, деятельность подростков, заменивших на производстве отцов и старших братьев, ушедших на фронт, сбор лекарственного сырья, работа в рыболовецких бригадах, сбор средств в фонд обороны, помощь раненым в госпиталях, тимуровское движение, посылки для фронтовиков и оказание помощи их семьям, освоение военных специальностей в системе всевобуча и др.

Ключевые слова: Великая Отечественная война, Андропов, Карело-Финская ССР, комсомол, оккупация, дети войны, школа, патриотическое движение.

Abstract ♦ The fourth article of the series The “Mohican’s” Secrets (dedicated to the 100th anniversary of Yuri Andropov) covers the phenomenon of the patriotic movement of pupils of Karelia for the assistance to the front-line. The republican Komsomol was headed by Yuri Andropov and played a significant role in support, organization and development of pupils’ initiatives for the provision of assistance to the theatre of war.

The paper presents an analysis of the causes and factors of the mass character of the patriotic movement of war children, big and small. The author shows that the support of the front-line troops was considered as a criterion of patriotism. For them, it was a forefront in the fight against the enemy. Numerous areas of assistance to the battle-front are highlighted: work of school children in agricultural sector and in the farms of schools to ensure providing the front and rear with food, activities of teenagers who took over the work of their fathers and older brothers gone to the front in industries, gathering of drug raw materials, labour in fishing teams, fundraising for the Defense Foundation, aid to the wounded in hospitals, Timur movement, parcels for soldiers and assistance to their families, mastering of military skills in the system of Universal Military Training (Vsevobuch), etc.

Keywords: the Great Patriotic War, Yuri Andropov, Karelian-Finnish SSR, Komsomol, occupation, war children, school, patriotic movement.


Можно ли определить помощь фронту со стороны школьников в годы Великой Отечественной войны как патриотическое движение? Был ли это феномен реальности или вымысел советской пропаганды? Представляется, что ответить на поставленный вопрос позволит обращение к локальной истории — повседневности советского тыла в прифронтовой Карело-Финской ССР. С первых дней войны происходила перестройка работы ЦК ЛКСМ республики, возглавляемого Ю. В. Андроповым, в соответствие с новыми военными реалиями — как в то время говорили, «на военный лад». Помощь фронту со стороны юношей и девушек определялась как критерий патриотизма: у детей и подростков складывалась своя передовая в борьбе с врагом.

Ю. В. Андропов на собственном опыте познал особенности работы с учащейся молодежью еще до войны. В Ярославской области после окончания Рыбинского техникума водного транспорта в 1936 г. он работал комсоргом в техникуме, в августе 1937 г. стал заведующим отделом пионеров и учащейся молодежи Рыбинского горкома комсомола, затем заведующим отделом учащейся молодежи Ярославского обкома, третьим секретарем обкома комсомола, с октября 1938 г. — первым секретарем[1].

В условиях Великой Отечественной войны Андропов стремился осмыслить феномен истоков и источника патриотизма среди молодежи. Его брошюра «Учиться у народа» (основой этой брошюры стал ряд предшествующих статей, которые хранятся в архивных фондах) посвящена проблеме формирования патриотизма. Андропов утвердился в необходимости развития содержания воспитательной работы среди молодежи, основанной на патриотизме. Он считал особенно важным в пропагандистской деятельности привитие молодежи любви к родным местам: понятие об Отечестве рассматривалось в связи с представлением о родном крае. В любви к Родине, в том числе к малой родине, по Андропову, заключался один из важнейших источников патриотизма.

Именно поэтому Андропов подчеркивал необходимость преподавания в школе основательных знаний о родном крае, в частности, на уроках истории: каждый район имеет свою историю, своих замечательных людей, знаменательные события в прошлом (Андропов, 1943a: 2–4). Другой важной стороной воспитательной работы, по мнению Андропова, являлось воспитание на лучших семейных традициях, причем не только в пионерском, но и в комсомольском возрасте: «Школьнику хоть мало, но говорят о семье, а в комсомольских организациях это совсем не принято. Пионеру объясняют, что дома он должен помогать матери по хозяйству, а взрослая девушка-комсомолка часто ничего не делает дома, чтобы облегчить труд родителей. А ведь это недопустимое явление» (там же: 12).

В начале войны многие старшеклассники ушли в армию. Значительная часть школьников стала рабо­тать на промышленных предприятиях, в госпиталях, колхозах и совхозах, заменив отцов и старших братьев. Часть учащихся школ Ка­релии была эвакуирована в глубокий тыл. Общее количество уча­щихся в школах республики в начальный период войны значительно сократилось. Если накануне войны в 692 школах Карелии обучалось свыше 91 тысячи учащихся, то к началу 1942 г. в 96 школах республики осталось 9 717 человек (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 13; Д. 15/153. Л. 5).

Важным фактором развития патриотических начинаний школь­ников явилась забота и внимание государственных органов в отношении обучения и воспитания молодого поколения. Несмотря на огромные трудности воен­ных лет, делалось все возможное, чтобы создать для школьников нормальные условия для учебы. Фактор заботы о подрастающем поколении стал важным источником патриотических начинаний. Как подчеркивалось в листовке — обращении ЦК ВЛКСМ к комсомольским организациям средних школ, учащимся (март 1942 г.): «Вы — грамотные люди и должны быть инициаторами и организаторами работы среди молодежи…. Хочешь хорошо работать — хорошо учись» (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 152. Л. 1).

Наркомат просвещения Карелии в первые же месяцы войны принял меры, обеспечивающие организованное начало 1941/1942 учебного года. В начале сентября начались занятия в 40 школах Пудожского района (4 985 учащихся), в Медвежьегорском районе — во всех 45 школах. Перед комсомольскими и пионерскими организация­ми школ была поставлена задача — разъяснить учащимся, что в дни, когда их отцы и матери, старшие братья и сестры на фронте и в тылу самоотверженно сражаются с врагом, советские школьники должны учиться с особенным усердием (Ленинское знамя. 1941. 4, 5 сентября; 1942. 14 мая). Таким образом, с самого начала войны были отвергнуты распространившиеся слухи о том, что школа во время войны «отодвинулась на задний план, теперь не до школы». Задача улучшения обучения и воспитания оставалась главной задачей школ на протяжении всей войны. В од­ном из решений Наркомпроса республики в начале 1943 г. отмеча­лось, что лучший подарок школьников для отцов и братьев, сражавшихся на фронте, — успешная учеба (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 3; Д. 15/146. Л. 43).

Удивительный факт: несмотря на оккупацию основной части Карелии финскими войсками, в Карело-Финской ССР в военные годы увеличивалось количество школ. Данная динамика отражена в Приложении 1. В 1943/1944 учебном году работало 116 школ, количество учащихся составляло 13 835 человек. В этом году заметно возросло количество семилеток — до 32 (годом ранее была 21 семилетняя школа). В 1944/1945 году, после освобождения территории Карелии, количество школ увеличилось до 365, в которых обучалось 36 169 школьников. Государственные затраты на образование в республике в годы войны составили 16 млн руб. (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 6. Д. 259. Л. 15).

Забота о молодом поколении не ограничивалась обучением. Вопросы помощи семье и школе в воспитании подрастающего поколения обсуждались на заседаниях бюро ЦК ЛКСМ. В декабре 1942 г., накануне Нового 1943 г., Ю. В. Андропов обратился с ходатайством в Совет народных комиссаров КФССР о выделении 780 кг конфет и 780 кг печенья для угощения контингента учащихся с 1 по 4 классы в связи с проведением в школах республики новогодних детских елок (Власова, Пашкова, 2004: Электр. ресурс). На каждого из 7 800 учащихся приходилось по 100 граммов конфет и по 100 граммов печенья.

В военных условиях в прифронтовой республике по инициативе ЦК ЛКСМ организовали летний отдых детей, в первую очередь для детей фронтовиков и партизан. Летом 1942 г. ЦК ЛКСМ летний пионерский лагерь открыли в Сосновце Беломорского района. Вся организация жизни детского лагеря легла на плечи Марии Бультяковой (в тот период инструктор по школам ЦК ЛКСМ), и жены Ю. Андропова — Татьяны[2], доброй и отзывчивой женщины с годовалым сыном Игорем. В 1943–1944 гг. решением СНК КФССР и бюро ЦК ЛКСМ КФССР открылись 16 пионерских лагерей в Лоухском, Беломорском, Кемском, Тунгудском, Пудожском районах, причем все пионерские лагеря были подготовлены исключительно силами комсомольцев.

В марте 1944 г. решением ЦК ЛКСМ в школах республики для детей фронтовиков и партизан были установлены 100 комсомольских стипендий размером 100 рублей каждая. Стипендии выдавались в первую очередь нуждающимся детям фронтовиков, имеющих отличную успеваемость и дисциплину (там же).

В этих условиях возникал небывалый политический и трудовой подъем у школьников, рождались разнообразные формы помощи Красной Армии. В годы войны школьники Карелии выдвинули много замечательных начинаний. Можно назвать почины учащихся Подужемской, Кемской, Колежемской, Маслозерской школ (1942 г.), Вожмосалмской школы (1943 г.), Шиженской, Куккозерской школ (1944 г.) и др. (см. Приложение 2).

Однако, чтобы обеспечить эффективность работы юных патриотов, необходима была помощь старших, опытных товарищей. Одна из основных задач заключалась в том, чтобы организаци­онно направить энергию молодежи в различных направлениях практической деятельности, чтобы желание помочь фронту переросло в конкретное дело. Значительный вклад в это дело внес ЦК комсомола республики, который работал в сотрудничестве с государственным органом — Народным комиссариатом просвещения КФССР. В ЦК ЛКСМ работой со школами занимался секретарь ЦК Федор Кузнецов. В 1942–1944 гг. бывший первый секретарь Калевальского райкома комсомола Пелагея Нежельская[3] являлась начальником управления Наркомпроса республики. В марте 1944 г. она стала секретарем ЦК ЛКСМ по школам, а Ф. Кузнецов — вторым секретарем. Благодаря совместным усилиям в республике вопросам поддержки и руко­водства патриотическим движением школьников уделялось большое внимание на протяжении всего периода Великой Отечественной войны. В этом заключался источник эффективности движения юных патриотов.

Накануне Великой Отечественной войны, 19 июня 1941 г. ЦК ЛКСМ республики поддержал обращение учащихся Падмозерс­кой школы Заонежского района кo всем пионерам и школьникам республики — во время летних каникул помочь взрослым в сельскохозяйственных работах на колхозных и совхозных полях — выработать не менее 25 трудодней (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 53. Д. 186. Л. 29; Молодой большевик. 1941. 20 июня). В связи с началом войны инициатива падмозерских школьников приобрела еще большее значение: призыв — каждый подросток обязан работать для Родины, для народа — был особенно актуален. Проблема снабжения армии и населения республики продуктами питания в военных условиях стала чрез­вычайно трудной и острой: в эвакуацию на восток были перебазированы не только промышленные предприятия, но и имущество колхозов и совхозов районов, оказавшихся под угрозой оккупации противником. Финские войска оккупировали южные районы республики с наиболее развитым сельским хозяйством. Поэтому инициатива школьной молодежи по оказанию помощи в сельскохозяйственных работах была важна и необходима. На призыв учащихся Падмозерской школы откликнулись учащиеся всей республики. Тысячи школьников работали в колхозах на посевных работах, уборке урожая, они выработали десятки трудодней на каждого, многие школьники выработали по 100 и более трудодней (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 53. Д. 186. Л. 29).

История патриотических дел школьников республики знает много примеров, раскрывающих стремление молодых патриотов помочь Родине в один из труднейших периодов жизни страны. Ценные начинания выдвинули учащиеся Кондопожской школы №3, призывавшие работать на колхозных полях, заменить отцов и братьев, ушедших на фронт, учащиеся Юргельской школы обратились ко всем учащимся Ведлозерского района с призывом принять активное учас­тие в полевых работах (Ленинское знамя. 1941. 26 июня, 1 июля). Самостоятельный почин школьников был ва­жен прежде всего потому, что сила приме­ра оказывала свое массовое действие.

В Пудожском районе ежедневно на поля выходило свыше 1 500 ребят, в Медвежьегорском — более 2 тысяч, Шелтозерском — более 300 (Ленинское знамя. 1941. 19 июля, 2 августа). Причем в первые месяцы войны отчетливо прослеживалась тенденция быстрых темпов роста этого движения. Например, в Заонежском районе в начале августа 1941 г. на поля вышло 1 600 учащихся района, а в середине августа трудились уже 2 360 учащихся школ. Если в Медвежьегорском районе на 20 ию­ля в полях ежедневно работало 1 130 учащихся, то к началу авгус­та на этих же полях работало 1 970 школьников, а к середине августа — свыше 2 тысяч (Ленинское знамя. 1941. 20 июля, 2, 12 августа). Это стало характерным явлением для всех районов Карелии. Школьники показывали примеры ударного труда. Так, в Ведлозерском районе только за 11 дней они выработали 870 трудодней. Ученик пятого класса Коля Мамлюга отработал 43 трудодня, Паша Семкин, Коля Харин — по 27 трудодней (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 6. Д. 4. Л. 45).

Закономерно было и перевыполнение намеченных заданий: уча­щийся Каршевской школы Смирнов выполнял две взрослые нормы на сенокосе. Ученик девятого класса Коля Житков из Пряжинского района и 14-летний Петя Климов из Медвежьегорского района заменили бригадиров, ушедших на фронт (Ленинское знамя. 1941. 2 августа; Молодой большевик. 1941. 3, 29 августа). Такую самоотверженность в труде юных патриотов можно объяснить проявлением их любви к Родине. Об этом же говорит обращение ученика Шуйской школы Л. Дианова к школьникам: «Разве может школьник гулять, когда все вокруг работают?». Он отмечал, что в колхозе много работы, которую могут выполнять ребята, поэтому они должны помочь своему колхозу (Ленинское знамя. 1941. 1 июля). ««Никто не сидит без дела» — так охарактеризовал поведение школьников республики Ю. В. Андропов в докладной записке первому секретарю ЦК ВЛКСМ Н.А. Михайлову 18 августа 1941 г. «О перестройке работы комсомольских организаций республики на военный лад» (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 6. Д. 4. Л. 45).

Поддерживая начавшееся массовое патриотическое движение, нарком земледелия Карелии И.А. Миронов призвал школьников помочь сельскому хозяйству (Ленинское знамя. 1941. 1 июля). Труд школьников во время летних каникул приобрел военно-хозяйственное значение. ЦК ВКП(б) и СНК СССР 17 сентября 1941 г. приняли постановление об обучении сельскохозяйственным работам учащихся старших классов.

В процессе сознательного, творческого подхода школьников к сельскохозяйственному труду уже в начале войны были найдены передовые методы работы. В колхозе им. Калинина Шелтозерского района школьники создали звенья — наиболее удобную и рациональную форму организации сельскохозяйственных работ (Ленинское знамя. 1941. 19 июля, 22 августа). Интересно здесь то, что организация в звенья на сельхозработах получила широкое применение позже — летом 1942 г.

О другом проявлении творческого подхода школьников к тру­ду свидетельствует тот факт, что между Андреевской и Янишпольской школами (Кондопожский район) уже летом 1941 г. был заключен договор о соревновании, в котором ученики обязались самоотверженно трудиться на уборке сена, прополке овощей и посевов. Соревнование проходило и между Нюхотской и Сальноволокской школами Беломорского района (Ленинское знамя. 1941. 20 июля). Подобная же инициатива — организовать соревнование сре­ди участников сельскохозяйственных работ — была выдвинута вес­ной 1942 г. учителями и учащимися Ирбитского района Свердловской области и г. Вологды (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 2/21. Л. 114). К тому времени в Карелии уже имелся опыт организации соревнования на сельхозработах.

Начавшееся в 1941 г. в отдельных школах Карелии соревнование школ на сельскохозяйственных работах приняло массовый характер в 1942 и 1943 гг. Откликнувшись на почин учителей и учащихся Ирбита и Вологды, учителя и учащиеся школ Беломорского района приняли свои обязательства по оказа­нию помощи колхозам и совхозам в весенне-летних сельхозработах 1942 г. Положение на фронтах в этот период оставалось напряженным. По­терпев поражение под Москвой, враг рвался к Волге, стремясь пере­резать эту важную магистраль. Проблема снабжения Красной Армии и населения продуктами питания оставалась сложной. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинин отмечал, что об­становка такова, что успех сельского хозяйства — это выигрыш значительного сражения в великой войне, поэтому полевые работы рассматривались как первоочередные: «С ними может быть сопоставлено только производство боеприпасов, вооружения, — подчеркивал «всесоюзный староста», — прорыв в сельскохозяйственных работах имел бы не менее вредные последствия, чем неудача на том или ином участке военного фронта» (Калинин, 1967: 549). В листовке ЦК ВЛКСМ комсомольским организациям средних школ, учащимся в марте 1942 г. прозвучала калининская фраза: с сельхозработами «сопоставимо лишь производство боеприпасов, вооружения». Рекомендовалось организовать изучение сельхозмашин и агротехники, создание бригад и звеньев на полевых работах (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 152. Л. 1).

В этих трудных условиях помощь школьников в полевых работах была необходима: в Постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 17 ап­реля 1942 г. о мобилизации населения на сельскохозяйственные ра­боты говорилось, что от самоотверженного труда учащихся школ во многом зависит успешное решение задачи снабжать страну и фронт продуктами сельского хозяйства во все возрастающих размерах (Правда. 1942. 27 мая).

Задачи школьников Карелии в важном государственном деле бы­ли определены в постановлении СНК и ЦК КП(б) республики от 21 апре­ля 1942 г. «О мобилизации на сельскохозяйственные работы в колхо­зы, совхозы, МТС трудоспособного населения городов и сельскохо­зяйственных местностей». В этом постановлении говорилось о необ­ходимости провести мобилизацию на период сельскохозяйственных работ трудоспособного населения мужского и женского пола в воз­расте от 14 лет, т. е. учащихся 6–10-х классов. Рекомендовалось организовать учащихся в группы во главе с учителями школ. Рабочий день для школьников устанавливался от 6 до 8 часов в зависимости от возраста школьников и характера труда. Они должны были отработать 1 месяц (с 20 июня по 25 июля) во время летних каникул (см.: Ленинское знамя. 1942. 21 апреля).

Таким образом, с 1942 г. участие школьников в сельхозработах во время летних каникул стало обязательным. Однако это не относилось к учащимся младших классов (по 5-й класс включительно), составлявших большинство школьников республики (средних школ было сравни­тельно немного). Кроме того, большинство школьников работали в сельском хозяйстве в течение всего периода летних каникул, при этом многие из них значительно перевыполняли установленные нормы.

Секретариат ЦК ВЛКСМ 17 июля 1942 г. утвердил текст письма к комсомольским организациям «О руководстве работой учащихся на уборке урожая». В этом письме отмечалось, что массовое участие подростков на полевых работах является «делом новым и трудным». Уборка урожая объявлялась фронтом, потому что «без хлеба, мяса и других сельскохозяйственных продуктов вести войну нельзя» (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 4. Д. 404. Л. 152). В письме подчеркивалось, что в обеспечении снабжения страны и Красной Армии продовольствием труд подростков на всех сельскохозяйственных работах и особенно уборке приобрел исключительное значение: «Подростки — большая сила в колхозах. Во многих случаях они решают успех сельскохозяйственных работ (там же). Чтобы успешно выполнить «крупнейшее дело, имеющее большое государственное значение», требовалось обеспечить питание, проживание, организацию труда учащихся (Там же. Л. 153).

Можно назвать много случаев, когда школьники добивались по­истине замечательных результатов. В частности, летом 1942 г. учащи­еся Кемской средней школы, по заявлению администрации совхоза, ра­ботали лучше, чем кадровые рабочие. Ученица Кемской школы Богданова Лариса ежедневно выполняла задание на 170%, учащиеся этой же школы Ручьевских Володя и Подкользин Саша — более чем в 2 раза (211%). Рекордных норм выработки добивались Голубев Петр (Семенов­ская школа Пудожского района), выработавший за лето 1942 г. 214 трудодней, Мокачев Юрий — 220 трудодней, Мокачева Тоня — 160. Морянкина Валя из Пудожской школы отработала 197 трудодней (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/145. Л. 15; Д. 2/21. Л. 107).

В сентябре 1942 г. ЦК ВЛКСМ направил на места письмо «О работе комсомольских организаций по уборке урожая и заготовке сельскохозяйственных продуктов в 1942 году». В этом письме подчеркивалось, что самоотверженный труд является реальной помощью фронту: «Важнее задачи нет — убрать военный урожай» (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 558. Л. 1). Осенью 1942 г. были подведены итоги соревнования школ Ка­релии по оказанию помощи колхозам и совхозам. Подведение итогов проходило в соответствии с Условиями Всесоюзного соревнования школ на лучшее участие в полевых работах, одобренными ЦК ВЛКСМ, Наркомпросом РСФСР, Наркомземом СCCP и Наркомсовхозов СССР. Основными показателями работы являлись: наибольшее количество трудодней в колхозе на каждого школьника, наибольшая выработка норм, отличное качество работ, массово-политическая работа. Особое внимание обращалось на правиль­ную и умелую организацию труда учащихся на сельхозработах как условие эффективности работы (Правда. 1942. 27 мая).

По итогам соревнования школьников в 1942 г. первое место за­нял Пудожский район — самый многочисленный по количеству уча­щихся в республике. Школьники района выработали в среднем ре­кордное количество трудодней в расчете на 1 школьника — по 75 трудодней (всего же — 53 847 трудодней). Вторым стал Тунгудский район, хотя по общему количеству трудодней (2 524) район значительно уступал Кемскому (8 227) вследствие малочисленности учащихся в районе, однако превосходил по выработке на 1 школьника. Следует отметить, что в соревновании школ лучшие школы расположились в таком же порядке, что и районы: I место — Каршевская школа (Пудожский район), учащиеся которой выработали 3 тыс. трудодней, II место — Никоновосельгская школа (Тун­гудский район), III — Кемская средняя школа. Это говорит о том, что организация соревнования в республике зависела не только от уровня развития соревнования в целом в районах, но и в каждой отдельной школе (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 2/21. Л. 107; Д. 15/154. Л. 4; Д. 18/177. Л. 20-21).

Каршевская школа за лучшие показате­ли в сельскохозяйственных работах получила Переходящее Красное Знамя Наркомпроса и ЦК ЛКСМ Карелии и I премию в размере 5 тысяч рублей. Президиум Верховного Совета республики наградил Почетными грамотами и вынес благодарности наиболее отличившимся учащимся. В их числе: Богданова Лариса, Гуров Александр, Инкуев Петр, Ручьевских Владимир, Силкин Николай. 28 учеников были награждены денежной премией от 50 до 200 рублей (Ленинское знамя. 1942. 3 октября, 3 ноября, 5 декабря).

Опыт соревнования школьников в 1942 г. показал, что успе­ха можно добиться лишь благодаря умелой организации труда уча­щихся. Именно высоким уровнем организации объяснялись успехи Пу­дожского района. В районе заранее были подготовлены 27 ученичес­ких бригад под руководством учителей. В Каршевской школе школьни­ки были разбиты на звенья — отдельно мальчики и девочки. Правле­ние колхоза заранее установило, на каких работах будут заняты школьники. В районе регулярно проводилась агроучеба учителей, обучение школьников основам сельского хозяйства, введенное в республике со 2-го полугодия 1941/42 учебного года. В Пудожском районе эффективно использовались возможности соревнования на различных уровнях: между учащимися в звеньях, между звеньями, между бригадами, между школами. Показателем дейст­венности соревнования может служить соревнование между Пудожской и Шальской средними школами.

Во втором по численности учащихся районе республики — Беломорском, выступившем инициатором соревнования в Карелии, дого­воры заключили между собой Шиженская и Сальнаволокская школы, Выгостровская и Сосновецкая, Сумпосадская, Колежемская, Нюхотская и др. Районная газета «Беломорская трибуна» отмечала, что район уступил в 1942 г. в соревновании вследствие недостаточной ор­ганизации. Поэтому была поставлена задача усилить руководство соревнованием в школах (Беломорская трибуна. 1942. 12 июня, 11 июля, 7, 12 августа).

Дальнейшее развитие соревнования на сельхозработах выявило позитивные тенденции. Сравнительный анализ показателей за 1942 и 1943 гг. позволяет сделать вывод, что основные количественные показатели по республике в целом значительно выросли в 1943 г. по сравнению с 1942 г (соответственно 107 058 и 74 585 трудодней). Следует отметить, что в 1943 г. выросли и нормы выработки трудодней в расчете на одного школьника. Учащиеся Пудожской средней школы обратились к учащимся района с призывом выработать за ле­то в 5-6-х классах не менее 75 трудодней на человека, в 7-10-х классах — по 130 трудодней. Насколько выросли нормы выработки, говорит тот факт, что перед войной, летом 1940 г., Падмозерская школа взяла обязательство выработать за лето по 25 трудодней на чело­века, в 1942 г. по решению СНК СССР и ЦК ВКП(б) школьники должны были выработать не менее 50 трудодней на каждого школьника (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 32; Ф. 1842. Оп. 2. Д. 1/8. Л. 12; Андропов, 1943b: 9).

В 1943 г. ЦК ВЛКСМ объявил Всесоюзное соревнование средних и неполных средних школ на сельскохозяйственных работах. ЦК ВЛКСМ обратился к молодежи об участии в весенней посевной кампании 1943 г. Особая роль придавалась учащейся молодежи: «Пионеры и школьники! Помогайте своему колхозу, совхозу образцово провести весенний сев!» (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 595. Л. 1). Уже с начала года началась подготовка к весенним и летним сельхозработам. Особое внимание требовалось уделить подготовке старшеклассников к работам в летний период на колхоз­ных и совхозных полях — закрепить прак­тические навыки, которые школьники приобрели в предыдущие годы. При подготовке к весенне-летним сельскохозяйственным работам предлагалось обратить внимание на организацию звеньев не более 12–15 человек (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 2/23. Л. 7; Д. 2/25. Л. 59).

Организованно проходила подготовка к сельхозработам 1943 г. в Медвежьегорском районе. Районный отдел народного образования заранее закрепил за школами земельные участки, вопросы подготовки учащихся к летним сельхозработам обсуждались на педсо­ветах, пионерских сборах, на ученических и родительских собраниях.

Особенно успешно проходила подготовка школьников Пудожского района. В специальном решении Пудожского исполкома райсовета де­путатов трудящихся от 2 марта 1943 г. ставилась задача смелее и шире прививать у учащихся трудовые навыки, подготовить учащихся 5-9-х классов к сельскохозяйственным работам летом на колхозных и совхозных полях (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/146. Л. 40). Таким образом, уже в подготовительный период к сельхозработам 1943 г. были заложены необходимые предпосылки для успешного их проведения.

Важно отметить, что в 1943 г. уже четко оформилось разделение труда школьников на сельхозработах: отдельно для мальчиков и девочек, для старших школьников и учащихся младших классов. Младшие школьники занима­лись прополкой, боронованием, сбором колосьев, старшие же пахали, косили, жали, работали на машинах. В 1943 г. лучших результатов добились учащийся Каршевской школы Голованов — 200 трудодней, ученица Кривецкой школы Карелина -175 трудодней.

Новые формы получило соревнование школ. Если раньше соревнование проходило в основном между школами одного района, то теперь школы разных районов заключали между собой договоры, причем появи­лась такая форма, как вызов на соревнование. Подужемская школа (Кемский район) летом 1943 г. обратилась к Ухтинской (Калевальский район) с вызовом на соревнование. В договоре эти школы обя­зались совместно бороться за высокий военный урожай, чтобы внести свой вклад в помощь фронту (Ленинское знамя. 1943. 26 мая). Появление новых форм соревнования говорило о том, что оно поднялось на более высокий качественный уровень.

Умелая организация соревнования а Пудожском районе, в котором участвовали все школы, позволила значительно превысить показатели 1942 г (65 358 трудодней в 1943 г. против 53 847 в 1942 г.). Причем победитель среди школ республики в 1943 г. — Пудожская средняя школа — более чем в 3 раза превысила показатель Каршевской школы в 1942 г. (10 415 трудодней против 3 000) (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/154. Л. 4). Подводя итоги сельскохозяйственных работ летом 1943 г., Наркомпрос Карелии отмечал, что Пудожский район добился больших успехов в соревновании вследствие правильной его организации. Умело организованное соревнование в районе являлось стимулом борьбы за более высокие показатели (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 2/21. Л. 114).

Следует обратить внимание на то, что в 1943 г. в северном Кемском районе число выработанных трудодней сократилось по сравнению с 1942 г (с 8 227 до 6 577). Это же характерно и для дру­гих северных районов — Беломорского, Тунгудского (в Тунгудском — с 2 524 до 511). Данный факт вполне объясним, и ни в коей мере не го­ворит о снижении патриотического порыва школьников этих районов. Дело в том, что с осени 1942 г., с целью более эффективного использования трудовой энергии школьников, была определена установка на специализацию северных и южных райо­нов республики. В южных районах (Пудожском, Медвежьегорском) рекомендовалось использовать помощь школьников в сельском хозяйстве, в северных же (Беломорском, Лоухском, Кемском), малопригодных климатически для развития сельского хозяйства, необходимо было развивать рыболовное дело и в школах учить рыболовству ребят. Соответственно снижались нормы на сельхозработах в этих северных районах (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/145. Л. 18).

Осуществляя помощь сельскому хозяйству на протяжении всей войны, юные патриоты за 4 военных лета выработали на полях республики более 300 тысяч трудодней. Только школьники Пудожского района за военный период выработали 185 тысяч трудодней. Победителями сре­ди школьников были признаны Мокачев Юрий (Семеновская школа) — 220 тру­додней в среднем за лето и Потехин Алексей — 213. Они были награждены цен­ными подарками ЦК ВЛКСМ (Карелия в годы Великой Отечественной войны, 1975: 193).

Существенный вклад в создание продуктовой базы был внесен в результате развития подсобных хозяйств в школах. Наряду с участием в сельскохозяйственных работах школьники устраивали огороды на пришкольных участках, выращивали на них картофель, морковь, редиску и другие овощи для раненых из военных госпиталей, эвакуированных детей. Развитие подсобных хозяйств в военное время являлось важ­ным дополнительным источником решения продовольственной пробле­мы, поэтому оно стало важным общегосударственным делом: «По тому, как люди занимаются подсобным хозяйством, как они изыскивают до­полнительные источники продовольственных ресурсов, проверяется их забота об улучшении снабжения Красной Армии, об укреплении тыла и фронта» (Ленинское знамя. 1943. 24 марта). Подчеркивалось, что развитие подсобных хозяйств — важнейшее го­сударственное мероприятие, успешное проведение которого улучшило снаб­жение населения республики, дало возможность сэкономить продоволь­ствие из государственных фондов, столь необходимых для снабжения Красной Армии.

Каждая школа в республике организовала свое собственное подсобное хозяйство. В 1943 г. общая площадь подсобных хозяйств в школах Карелии составляла 58,8 га (в 1942 г. — 31,9 га). Валовый сбор картофеля в 1943 г. составил 437 тонн (в 1942 г. — лишь 27,8 тонн), сбор ово­щей — 96 тонн (в 1942 г. — 14,1 тонны) (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 3/34. Л. 20; Д. 18/174. Л. 64).

Патриотическое движение сельских школьников с первых дней начала войны поддержали учащиеся школ городов Карелии — Петрозаводска, Беломорска, Кеми и др. В начале войны среди новых рабочих на Онежском заводе было много учащихся старших классов: по примеру студентов университе­та на завод пришли ученики средней школы №18 В. Рахманова и М. Ло­гунов, ученик 9-го класса средней школы №4 А. Мокеев освоил профессию токаря. В первые же дни войны учащиеся 6-го класса средней школы №20 г. Петрозаводска Пашеев и Порфоев обратились к учащимся школ города — заменить на производстве отцов и братьев, ушедших на фронт. Сами ребята пришли на Лососинский лесопункт и своим личным примером увлекли за собой учащихся школы (Ленинское знамя. 1941. 2, 5 июля, 6 августа).

В ответ на призыв школьников школы №20 многие учащиеся пришли помочь производству на Деревянский лесопункт. Творчество школьников в труде проявилось в том, что они организовали пионерс­кие бригады (в отличие от сельского хозяйства, где были созданы звенья). Школьники во главе с Кириковой Людой, Титовой Зиной, Копытовой Любой работали на очистке биржи. Интересно отметить, что по примеру школьников на Деревянский лесопункт пришли на работу до­мохозяйки (Ленинское знамя. 1941. 24 июля).

Учащиеся Беломорской средней школы, узнав о нехватке рабочих рук, решили на время отложить свои учебники и тетради и выразили желание работать на лесозаводе. Иx просьба, ввиду острого дефицита рабочей силы и необходимости усилить производство оборонной продукции, была удовлетворена. Миша Литвинов, Саша Кос­тин работали рядом со своими отцами. Смена A. M. Костина почти пол­ностью состояла из подростков, а в цехе №5 работали в основном подростки 13–15 лет. М. Литвинов выполнял свое ежедневное задание на 250%, 14-летний С. Костин перевыполнял норму в 1,5-2 раза. Ваня Суханов, Володя Князев, Коля Григорьев изготовляли корпуса противопехотных мин. За свой труд ребята были награждены Почетны­ми грамотами Верхозного Совета Карелии (Ленинское знамя. 1941. 16 ноября; Беломорская трибуна. 1942. 19 января; Куприянов, 1944: 36–37).

Инициатором движения двухсотников среди карельской молодежи стал Владимир Князев, выполнявший свою личную норму на 200-350%. Великое чувство любви, беззаветной преданности Родине руко­водили всеми действиями и мыслями ребят — молодых патриотов нашей страны. «Вот кончится война, — говорил Саша Костин,- пойду снова в школу. А сейчас буду работать и изо всех сил буду помо­гать Красной Армии бить фашистов» (Беломорская трибуна. 1942. 18 января). Володя Князев решил: «Сейчас буду работать, не жалея сил, хочу работой помочь своим братьям биться с кровожадным врагом. После войны буду снова учиться» (Ленинское знамя. 1941. 20 ноября).

Старшеклассники устраивались на работу, чтобы помочь матерям про­кормить семью в трудное военное время: как правило, отцы ушли на фронт. Приходя на производство, школьники стреми­лись помочь стране, фронтовикам своим трудом (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/145. Л. 3). Мастер цеха Кемского лесозавода А. В. Порохова писала в своих воспоминаниях, что, проходя по одному из цехов, переведенному на производство мин для фронта, почти на каждом рабочем ме­сте можно было увидеть чурбаки — своеобразные подставки. Иначе у 14-15-летних мальчишек, что заняли место ушедших на фронт отцов и старших братьев, не доставали до станков руки (Архив Карельского центра РАН. Ф. 1. Оп. 20. Д. 240. Л. 10; Незабываемое … , 1974: 313). Один из этих мальчишек, пионер Павлик Иванов был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». Именно этих подростков имел в виду Ю. В. Андропов, когда требовал от комсомольских организаций учитывать особенности подросткового возраста, внимательно и уважительно относиться к запросам и интересам подростков на производстве. Десятки этих подростков — передовиков военного времени приезжали на свою рабочую смену на самодельных самокатах — «ногомобилях».

Проявляя заботу о школьниках, СНК Карелии 28 июля 1943 г. принял постановле­ние «Об обучении подростков, работающих на предприятиях». В соответствии с этим документом в Беломорской, Кемской, Пудожской, Сегежской школах было организовано вечернее обучение подростков в свободное от работы время. С другой стороны, осуществляя подготовку трудовых резервов, правительство республи­ки в постановлении от 8 января 1944 г. и наркомат просвещения в приказе от 15 января 1944 г. обязали исполкомы районных Советов организовать без отрыва от учебы производственное обучение школьников старшего возраста (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 3/34. Л. 19; Д. 3/33. Л. 4).

Патриотическое движение учащихся школ республики находило выражение в самых различных формах. Одной из них являлось соревнование на лучшую школу по под­готовке к новому учебному году своими силами. Инициаторами сорев­нования выступили подужемские школьники. Их инициатива нашла ши­рокое распространение: к 1942/43 учебному году школьники респуб­лики своими силами отремонтировали 85 школ (из 97 по республике), что дало государству 105 тысяч рублей экономии (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 14; Д. 15/153. Л. 5).

Школьные комсомольские организации явились инициаторами сбо­ра лекарственных трав, грибов, ягод. Это движение в Карелии началось с первых же дней войны. В начале августа 1941 г. зам. наркома здра­воохранения СССР А.Г.Терентьев обратился к школьникам страны с призывом собирать лекарственные растения, ягоды, грибы (Молодой большевик. 1941. 3 августа). Особую активность в сборе дикорастущих даров природы школьники республики проявили во время комсомольско-молодежных воскресников. Во время воскрес­ника 17 августа 1941 г. они занимались сбором лекарствен­ного сырья и ягод. Учащиеся школ г. Медвежьегорска собрали и сдали государству в этот день 200 кг черники (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 53. Д. 186. Л. 29).

Начинание школьников имело двойное значение: во-первых, оказывало неоценимую помощь органам здравоохранения для производ­ства лекарств, в которых нуждался фронт и военные госпитали; во-вторых, являлось дополнительным источником решения продовольственной проблемы. Вот почему вопросы заготовки продовольствия из местных ресурсов (ягод, грибов) рассматривались на VII пленуме ЦК КП(б) республики в июле 1942 г. как одна из важных государственных за­дач, решение которой имело «поистине огромное, первостепенное зна­чение» (Ленинское знамя. 1942. 5 августа).

В одном только 1942 г. школьники Карелии собрали 3 тонны лекарственного сырья, 21 тонну грибов (всего же население респуб­лики собрало 32 тонны), 15 тонн ягод (из 26 тонн общих заготовок) (Куприянов, 1943: 37; НА РК. Ф. Р-192. Оп. 2. Д. 2/21. Л. 107).

Своеобразной формой патриотического движения школьников се­верных районов Карелии (Беломорского, Кемского, Лоухского) являлось создание рыболовецких бригад. Уже в первый военный год рыболовец­кие бригады были созданы при Шуерецкой, Колежемской, Карбозерской школах. За 1941/42 год бригада Шуерецкой школы выловила 448 кг рыбы (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/145. Л. 17).

Взятая в 1942 г. установка на специализацию райо­нов (южных — в сельском хозяйстве, северных — в рыболовном деле) полностью себя оправдала. В 1943 г. школьные рыболовецкие брига­ды одного только Лоухского района выловили и сдали рыболовецким колхозам 3 358 кг рыбы, 800 кг водорослей ламинарий и анфельсий — ценного лекарственного и продовольственного продукта (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 3/26. Л. 5). Ю. В. Андропов называл работу рыбака «подлинно героической»: нередко рыбакам приходилось работать в море под обстрелом вражеской авиации, артиллерии (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 6. Д. 9. Л. 50).

Для того, чтобы в совершенстве овладеть мастерством рыбака, «зуйки» (юнги на рыбацких судах) должны были, по словам Андропова, «готовиться долго и упорно, хорошо узнать море, его капризы, привыкнуть к работе в холод, в снег, в проливной дождь… закалиться в борьбе с суровой северной стихией и стать мастерами дела, требующего не только знаний, но и физической закалки, твердого характера, смелости, несгибаемой воли» (Андропов, 1943a: 8). Андропов хорошо знал и квалифицированно разбирался в рыбном промысле. Помогли знания и навыки, полученные в довоенные годы во время учебы в Рыбинском техникуме водного транспорта на отделении судовождения (1932–1936 гг.), работа на Рыбинской судоверфи им. Володарского (1936–1937 гг.).

По инициативе Ю. В. Андропова VII пленум ЦК ЛКСМ Карелии, поддержав инициативу школьни­ков, постановил создать в школах бригады «зуйков» из детей рыбаков для отправки их на работу в море с 1 июня до 1 сентября 1944 г., а для их обучения рыболовному делу организовать кружки юных рыбаков (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 17/164. Л. 176). В соответствии с решением пленума бюро ЦК ЛКСМ 14 апреля 1944 г приняло по­становление «О направлении учащихся из школ рыболовецких колхозов для работы в море в летние каникулы 1943/44 учебного года». В нем говорилось, что для экспедиционного лова в Баренцевом море необходимо подготовить и обучить 200 «зуйков»: 13-16-летних помощников рыбаков и по сбору водорос­лей — 400 человек (норма сбора — по 3 центнера на человека). Бе­ломорский район должен был подготовить 110 «зуйков», Кемский — 80, Лоухский — 10. Летом 1944 г. в Баренцевом море вместе с опытными рыбаками ловили рыбу 320 молодых патриотов, на сборе морских водорослей работали 360 школьников (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 17/164. Л. 176, 188, 189).

Одной из наиболее массовых форм помощи фронту стало движе­ние по сбору средств на строительство боевой техники для Крас­ной Армии. По призыву ЦК ВЛКСМ учащиеся школ Карелии, как и вся молодежь республики, принимали активное участие в этом всенарод­ном патриотическое деле. Деньги, заработанные на многочисленных субботниках и воскресниках, школьники передавали в фонд обороны. Маленькая патриотка, ученица 5-го класса Кедрозерской школы Валя Шеина пришла работать на лесопункт и свой первый заработок — 12 рублей — передала в фонд обороны (Ленинское знамя. 1941. 7 августа).

В республике активно проходил сбор средств на постройку танковой колонны «Карельский колхозник», авиаэскадрильи «Комсо­молец Карелии», танковых колонн «Таня», «Народный учитель», имени ВЛКСМ. С особым воодушевлением школьники Карелии восприняли призыв учащихся Соловецкой школы (Беломорский район) 7 июня 1942 г. о сборе средств на постройку самолета «Карельский пионер». В 1942 г. учащиеся Беломорского района внесли в фонд обороны 7 549 рублей, облигаций на 2 420 рублей, приобрели билетов денежно-вещевой лотереи на 5 960 рублей, сдали 3 601 руб. на строительство танковой колонны «Народный учитель», 400 рублей на самолет «Карельский пионер» (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 3809. Л. 19; Ленинское знамя. 1942. 7 июня; Беломорская трибуна. 1942. 4 октября).

Свой вклад в фонд обороны вносили и учащиеся младших классов, работавшие на воскресниках в фонд обороны вместе со старше­классниками. В апреле 1943 г. учащиеся 3-го класса Кемской средней школы получили телеграмму от Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина с благодарностью за сбор средств на строительство танков и самолетов с пожеланием новых успехов в этой работе (Ленинское знамя. 1943. 15 мая). Трудно сегодня представить, с каким волнением и трепетом третьеклассники трогали детскими руками телеграмму с подписью «Сталин», адресованную «юному товарищу» с благодарностью ученикам, пионерам «за заботу о Красной Армии». Сверху на бланке телеграммы значилось: «Высшая правительственная» (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 3558. Л. 1).

В 1942/43 учебном году школьники республики сдали в фонд обороны 178 496 рублей наличными и на 28 560 рублей облигаций, т.е. всего 207 057 рублей, а в 1943/44 году — 120 тысяч наличными и на 23 тысячи облигаций. Только на танковую колонну «Карельский колхозник», авиаэскадрилью «Комсомолец Карелии» и самолет «Ка­рельский пионер» за годы войны школьники внесли 105 тысяч рублей на­личными и 22 400 рублей облигациями (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/151. Л. 270; Д. 15/152. Л. 25; Д. 15/153. Л. 14; Д. 15/154. Л. 4). Это был большой вклад в общее дело пополнения фонда обороны. Построенные на собранные средства боевые самолеты «Карельский пионер», «Комсомолец Карелии», а также танковая колонна «Карельский колхозник» сражались с захватчиками в воздухе и на земле.

Особой формой помощи фронту являлась работа школьников в свободное от учебы время в военных госпиталях. С начала войны в стране началось формирование и обучение специальных школьных санитарных дружин из девушек — учащихся 9-10-х классов средних школ. Была организована санитарная дружина и при петрозаводском Дворце пионеров, во главе которой была Лида Самарина.

В числе первых пришли в военный госпиталь пионерки Зоя Преображенская, Катя Никифорова, Клава Иванова (Ленинское знамя. 1941. 20 июля, 22 августа). В соответствии с постановлением ЦК ВЛКСМ от 1 августа 1941 г. «Об обслуживании раненых бойцов в тыловых госпиталях» в конце августа 1941 г. Пряжинский райком комсомола направил для работы в полевых гос­питалях несколько учащихся Пряжинской средней школы, в их числе — ученицу 8 класса Марию Мелентьеву. Именно тогда Ю. В. Андропов обратил внимание на будущую карельскую героиню. О ней он написал в своей брошюре «Карело-финские комсомольцы в Отечественной войне»[4] (Андропов, 1943b: 15).

Поддерживая и развивая патриотический порыв школьников, руководство страны обратилась к ним с призывом: «Школьники! Вы многое дела­ете для раненых бойцов, но можно сделать еще больше. Речь идет не только об эпизодических посещениях госпиталей, а о постоянном шеф­стве, о постоянной будничной помощи им. Забота о раненом бойце — большое государственное дело» (Правда. 1942. 10 февраля). В ответ на этот призыв многие школы Карелии взяли шефст­во над госпиталями. Первыми в шефское движение включились Пудожская, Кемская, Беломорская средние школы. Руководство школ направляло и руково­дило повседневной практической работой школьников: в частности, Лоухская школа умело организовала работу по обслуживанию подшефного госпиталя (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/146. Л. 3).

В военные годы в Карелии было широко известно имя 11-летней беломорской школьницы Лины Орловой, награжденной Военным Со­ветом Карельского фронта медалью «За боевые заслуги» по ходатайству раненых и всего медперсонала госпиталя №1438 в Беломорске. Так высоко оценили самоот­верженный труд школьницы в военном госпитале. Один из раненых, батальонный комиссар Н. Коцеруб с благодарностью отзывался о девочке: «Лина Орлова почти ежедневно приходит к бойцам. В госпитале ее полюбили все. Эта маленькая девочка обладает большим сердцем истинного патрио­та своей Родины. Одно присутствие Лины в палате вливает бодрость в сердца раненых. Они видят, с какой серьезностью Лина приносит раненому обед, помогает ему получше сесть, поправляет подушки, одеяла и спешит ко второму, третьему. Иногда Лина поет песни бойцам, декламирует стихи» (Ленинское знамя. 1942. 1 марта).

Невольно возникают ассоциации со строками стихотворения Е. А. Евтушенко «Спешите, если есть куда спешить» о военном детстве поэта:

«В палате выключили радио,
И кто-то гладил мне вихор…
В зиминском госпитале раненым
Давал концерты наш детский хор.
Уже начать нам знаки делали.
Двумя рядами у стены
Стояли мальчики и девочки
перед героями войны.
Они,
родные,
некрасивые,
С большими впадинами глаз,
И сами жалкие,
несильные,
смотрели с жалостью на нас.
В тылу измученные битвами,
худы,
заморены,
бледны
В своих пальтишках драных
были мы
для них героями войны.
<…>
Солдаты пели, словно школьники,
и, как солдаты, пели мы…» (Евтушенко, 1969: 28).

Особую активность в шефстве над госпиталями проявили тимуровцы — молодые патриоты, стремившиеся быть полезными в общей на­пряженной работе. Тимуровское движе­ние, зародившееся еще в 1930-е гг., получило широкое развитие в период Великой Отечествен­ной войны. Тимуровцы считали, что в военное время нет малых дел. Любое дело, пусть то будет поделка колец для лыжных палок, сбор ме­таллолома, заготовка веников — все это дело большое, важное. Шефство над семьями фронтовиков, дежурство и уход за ранеными в госпиталях, работа на полях, в огородах, заготовка дров, покос и уборка сена, сбор книг, теплых вещей и подарков для фронтовиков — трудно перечислить те полезные начинания, которые были связаны с деятельностью тимуровцев.

В первые месяцы войны тимуровское движение получило развитие в основном в столице — Петрозаводске: из 32 команд тимуровцев в республике 30 команд работали в Петрозаводске (по 30 человек в каждой). Только в Пудожской и Кемской школах были созданы тимуровские команды (НА РК. Ф. 1842. Оп. 2. Д. 1/5. Л. 19; Молодой большевик. 1941. 18 июля).

Петрозаводский отряд тимуровцев работал на базе Дворца пионеров. Городской штаб распределил обязанности команд: связисты, швейники, сельскохозяйственная команда, художественная, материальная, санитарная, команда по расклейке лозунгов, плакатов и др. 700 школьников Петрозаводска занимались военным делом во Дворце пионеров. Потребовались для земляных работ ломы и лопаты — через час тимуровцы уже доставили в штаб 30 ломов и 300 лопат. Они стали инициаторами проведения декадников по сбору черного и цветного металлического лома, провели первый декадник 24 июля — 2 августа. ЦК ЛКСМ Карелии одобрил инициативу тимуровцев Дворца пио­неров и обязал все комсомольские организации возглавить работу пионеров по сбору металлолома. Бюро ЦК комсомола республики по­становило провести в республике декадник по сбору цветного лома 27 июля — 7 августа. Значительная заслуга тимуровцев в том, что к концу этого декадника в Карелии было собрано 5 тысяч тони цветного и 3 тысячи тонн черного лома (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 6. Д. 4. Л. 43, 45; Ленинское знамя. 1941. 25, 27 июля). В первые месяцы войны пионеры Медвежьегорска собрали для Красной Армии железных лопат — 176, кирок — 10, ломов — 14, бутылок — 500, черники — 15 ведер (Ф. М-1. Оп. 53. Д. 186. Л. 29).

Особое развитие тимуровское движение получило с начала 1942 г. С этого времени началось формирование тимуровских отря­дов по всей Карелии. Как правило, в каждой школе создавалось несколько отрядов: в 1942/43 учебном году в Сумпосадской школе (Беломорский район) работали 12 тимуровских отрядов (231 пионер), в Пудожской школе в 1943/44 году — 8 отрядов (150 пионеров) (НА РК. Ф. Р-3181. Оп. 1. Д. 2/8. Л. 62; Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 18/174. Л. 62; Ф. Р-1842. Оп. 2. Д. 1/5. Л. 19).

Тимуровские отряды г. Беломорска в январе 1942 г. организовали постоянное дежурство в госпитале. Они приходили в госпиталь рано утром, проверяли санитарное состояние палат, читали раненым свежие газеты, писали для раненых письма на родину, приносили питье, разносили обеды, кормили бойцов. Тимуровцы собирали для раненых подарки: газеты, книги, журналы, конверты, бумагу, карандаши, носовые платочки. Они проводили в госпитале концерты детей — за 3 месяца дали 12 концертов (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 3809. Л. 10). Тимуровцы Беломорска организовали переписку с фронтовиками. Пионерка Галя Попова получила с фронта письмо от красноармейца Низова Николая. В письме боец поздравлял пионеров с 1 Мая. Он благодарил их за полученный подарок и письмо. В ответном послании Галя Попова написала: «Дорогой товарищ боец! Я никогда не видела Вас, но Вы для меня самый близкий человек, потому что нет для нас ближе тех, кто сражается на фронте…» (Там же. Л. 14). Пионерка Люда Малахова в своем письме на фронт отправила отчет о своей работе в помощь фронту, а также наказ для бойцов — бить врага. Люде пришел ответ, подписанный красноармейцем Широких, младшим сержантом Демченко и младшим лейтенантом Чепцовым по поручению бойцов и командиров подразделения. Бойцы благодарили пионеров за «посылочку», в которой видели любовь и заботу детей. Одновременно они высказали ответный наказ — отлично учиться, помогать раненым в госпиталях, обещали бить врага на «отлично» (Там же. Л. 15).

Тимуровцы Беломорского района в 1942 г. собрали 54 тонны металлолома, 5 тысяч жестяных банок для изготовления колец для лыжных палок, по заданию воинских частей собрали и отправили им 400 бутылок, 1,5 тысячи кг хвойных иголок для изготовления лекарственных препаратов[5], 23 кг веточного корма, 100 кг лекарственных растений, 378 кг клюквы (половину передали в госпиталь для раненых), 826 кг колосьев, выработали 5 тысяч трудодней, отправили на фронт свыше 60 посылок (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 3809. Л. 19; Беломорская трибуна. 1942. 4 октября). В Нюхотской школе во время воскресника для семей красноармейцев было заготовлено 25 возов дров. В Сумпосадской школе 23 февраля 1942 г. на утреннике вручили 25 посылок-подарков детям фронтовиков. 231 пионер — тимуровец Сумпосадской школы только за одну третью четверть 1942/43 учебного года собрали 1 580 руб. на танковую колонну (вместе со взносом учителей — 4 265 руб. общая сумма средств составила 5 845 руб.). В числе наиболее активных были ученики школы: Кайкина — 300 руб., Воробьев — 200 руб., Никулина — 110 руб. 213 учащихся этой школы отправили на фронт 21 подарок, 419 писем (получено 345 писем от фронтовиков). Тимуровцы Сумпосадской школы за учебную четверть дали 9 концертов в госпитале и воинской части, организовали один платный концерт в пользу семей фронтовиков, собрали 340 книг для госпиталя, принесли на приемный пункт 380 бутылок, разгрузили 75 тонн рыбы (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 3809. Л. 19; НА РК. Ф. Р-3181. Оп. 1. Д. 2/8. Л. 40).

В рамках проведения Всесоюзного воскресника «Пионеры — фронту» в районах республики 8 ноября 1942 г. прошел воскресник: тимуровцы занимались сбором металлолома, дикорастущих полезных растений, готовили подарки для фронта, работали в госпиталях, оказывали помощь семьям фронтовиков, эвакуированным детям, школе, проводили заготовку топлива (РГАСПИ. Ф. М-1. Оп. 4. Д. 411. Л. 123).

В процессе развития движения изменялась организация тимуров­цев: вместо команд создавались отряды, которые, в свою очередь, делились на пятерки. Такая структура создавала большие возмож­ности для эффективной работы. Особенно отличились в работе тимуровцы Пудожской школы, об­служивавшие 40 семей фронтовиков: пилили дрова, носили воду, нянчились с детьми и т.д. Не отставали от них тимуровцы Беломор­ской школы. Для выполнения одного военного заказа Беломорскому лесозаводу потребовалось большое количество жестяных банок. Их собрали тимуровцы, одна только Тоня Морозова принесла около 100 банок (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 18/174. Л. 62; Ленинское знамя. 1942. 28 мая).

Особо следует отметить тимуровцев Кемской школы (их командиром была Эльза Антикайнен — племянница легендарного Тойво Антикайнена). Очень часто в адрес кемских тимуровцев прихо­дили с фронта письма с благодарностью от воинов Карельского фронта. В частности, фронтовик А. Бельтиков благодарил тимуровцев за заботу, которую они проявляли по отношению к его семье (Советское Беломорье. 1943. 25 ноября). Значение такой помощи фронту в тылу было огромно: положительный эффект сказывался на психологическом настроении красноармейцев.

Кемские тимуровцы стали инициаторами сбора металлического лома. «Ребята, собирайте металлолом!» — призывали тимуровцы Т. Богданова, Д. Пермагорова, З. Семенова, Э. Антикайнен, Т. Крекова. Беломорский тимуровец Боря Флотский сдал 300 кг лома, Ира Воеводова и Юра Шепетов — по 100 кг. Их ини­циативу поддержали тимуровцы Колежемской школы, выдвинувшие ло­зунг — каждый школьник должен собрать по 100 кг лома (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 3809. Л. 10; НА РК. Ф. Р-3301. Оп. 1. Д. 1/4. Л. 30; Советское Беломорье. 1942. 8 апреля). Из такого количества металлического лома можно было изготовить 6 минометов. В 1943 г. аналогичный призыв прозвучал к школьникам страны от имени пионеров Приморья — каждому пионеру собрать не менее 100 кг лома (РГАСПИ. Ф. М-7. Оп. 1. Д. 606. Л. 1).

Развернувшееся в Карелии соревнование между тимуровскими отрядами способствовало развитию и расширению движения. Одним из главных показателей тимуровского соревнования учитывалась успеваемость тимуровцев в учебе. В качестве основных направлений в него входили показатели по сбору металлолома, подарков бойцам Красной Армии, оказанию помощи семьям фронтовиков. В итоге за годы войны школьники Карелии собрали 36 тысяч тонн металлического лома. Из этого лома можно было изготовить 900 артиллерийских орудий, 45 тысяч пулеметов, 225 тысяч автоматических ружей, 540 тысяч гранат, 9 тысяч тяжелых авиабомб (Ленинское знамя. 1942. 19 апреля; Карелия в годы Великой Отечественной войны, 1975: 194).

Большое значение имел организованный тимуровцами сбор бутылок: маленьких — под лекарство, больших — под горючую смесь: эти «пионерские» бу­тылки, в которые наливалась горючая смесь, успешно использовались на фронте для истребления танков.

Работа школьников в помощь фронту осуществлялась в сложных условиях: Карелия до лета 1944 г. была прифронтовой рес­публикой. А поэтому помощь фронту имела свои особенности, специфические черты, характерные для прифронтовой зоны. Такой осо­бенностью являлась непосредственная во многих случаях помощь школьников республики Карельскому фронту, непосредственно армейским частям. Об этом говорят следующие примеры. Ученик Подпорожской школы Пудожского района Юра Андреев задержал диверсанта. Такой же от­важный поступок совершил ученик Даниловской школы Гладков (НА РК. Ф. Р-1178. Оп. 2. Д. 11/122. Л. 48; Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 18/174. Л. 82; Ф. Р-1174. Оп. 2. Д. 1/5. Л. 18). Учащиеся Вожмосалмской школы (Медвежьегорский район) спасли жизнь раненому советскому летчику, который совершил вынужденную посадку на неокрепший лед озера. Особо отличился в этом случае Витя Валдаев (Беломорская трибуна. 1943. 2 декабря; Беляев, 1948: 19).

Другой случай произошел в том же прифронтовом Медвежьегорс­ком районе. Недалеко от линии фронта совершил вынужденную посадку совет­ский самолет. Посадка прошла благополучно, но для взлета площадка оказалась мала. Рабочей силы для расчистки площадки не было, а самолет должен был взлететь как можно скорее. На помощь пришли школьники: они подготовили площадку за 2 часа работы (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 16/159. Л. 7). Подобных случаев в прифронтовой полосе было много. Школьни­ки всегда были готовы помочь и помогали фронтовикам. В этом про­являлась главная особенность помощи в прифронтовых условиях.

14-летний Толя Воронов оказался в оккупации в Заонежье. 30 декабря 1942 г. он ночью на лыжах перешел Онежское озеро и пришел в расположение советских войск. Трудно было поверить, что этот щуплый мальчик один, не зная дороги, без компаса и еды смог проникнуть сквозь финские заставы и патрули и преодолеть озеро. Однако он сообщил командованию ценные сведения и даже указал на карте огневые точки противника, назвал численность вражеских гарнизонов, размещенных в деревнях. Подросток стал разведчиком. Во время одной из операций он погиб. Толя Воронов не успел вступить в комсомол — ему только лишь исполнилось 14 лет (Судьба страны. Судьба чекистов … , 2013: 97).

Вопросы руководства и развития начинаний школьников нашли отражение и поддержку в соответствующих решениях районных и республиканских органов. В приказе наркома просвещения Карелии от 17 января 1943 г. го­ворилось о том, чтобы особую заботу и внимание уделить детям фрон­товиков, создать для них материальные условия, используя для этого прежде всего инициативу и общественную помощь; установить в каж­дой школе регулярную письменную связь с фронтовиками — отцами этих детей, использовать эту связь как могучее средство патриотического воспитания школьников; организовать в каждом классе, каждой школе соревнование в помощь фронту, вызвать на соревнование соседние школы (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 2/23. Л. 6–11).

В постановлении VII пленума ЦК ЛКСМ Карелии предлагалось при каждой школе организовать кружки юных техников, печников, маляров, юных рыбаков (в рыболовецких совхозах), кружки по изучению сельхозмашин и агротехники; поддерживать почин Шиженской шкоды по сбору лекарственного сырья — собрать 774 кг, грибов и ягод — 80 тонн, больше проводить воскресников по оказанию помощи семьям фронто­виков (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 17/164. Л. 176).

В постановлении Коллегии Наркомпроса 20 апреля 1945 г. го­ворилось о создании в каждой школе тимуровских отрядов для ока­зания помощи семьям фронтовиков; об организации сбора дикорасту­щих и лекарственного сырья; организовать в период летних каникул общественный труд учащихся: ремонт школ, помощь в восстановлении, участие в сельскохозяйственных работах в колхозах и в рыболовецких бригадах (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 4/37. Л. 30).

В условиях прифронтовой полосы особое значение имело военное обучение школьников — подготовка боевых резервов из учащихся старших классов. Многие выпускники школ, овладев военным делом в школе, уходили на фронт. Нарком просвещения Карелии И.И. Пятунин подчеркивал, что обстановка на фронте сложная, поэтому школа долж­на готовить будущие резервы, чтобы они могли, если потребуется, за­менить бойцов на фронте (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/145. Л. 27).

В соответствии с постановлением Государственного Комитета Обороны от 17 сентября 1941 г. о всеобщем обязательном военном обучении и решением бюро ЦК КП(б) Карелии от 20 сентября 1941 г. «О всеобщем обязательном обучении военному делу граждан респуб­лики» в школах Карелии вводилось военное обучение школьников с 16 лет, т.е. практически только выпускников. Военная подготовка школьников до осени 1942 г. ограничива­лась лишь физкультурной подготовкой. Во многих школах уроки физкультуры проводились глазным образом в классных помещениях. Однако школьники прифронтовой республики проявляли повышенный интерес к изучению военного дела: они организовывали различ­ные оборонные кружки — стрелковые, санитарные, ПВХО.

23 ноября 1942 г. Наркомпрос Карелии издал приказ об обяза­тельной военной и военно-лыжной подготовке учащихся 5-10-х классов (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/143. Л. 1). Целенаправленная военная подготовка учащихся началась со второго полугодия 1942/43 учебного года. За военное обучение школьников персонально отвечал замнаркома просвещения по военной подготовке учащихся майор Оргин. При штабе Карельского фронта работала Инспекция по военной подготовке учащихся (ВПУ) во главе с пол­ковником Обуховым и подполковником Ларьковым.

В специальном Положении, утвержденном СНК Карелии, ставилась задача по военной подготовке учащихся школ — подготовить дисциплинированных, физически крепких и выносливых юношей, овладевших военный делом в объеме сокращенной программы подготовки одиночного бойца и бойца, способного действовать в составе отделения и взвода (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/151. Л. 104). Таким образом, военное обучение стало задачей большой го­сударственно-политической важности и было теснейшим образом свя­зано со всей учебно-воспитательной работой. Идейной основой ее являлось патриотическое воспитание учащихся: школа должна была готовить образованных, политически грамотных, физически и нравст­венно сильных, волевых людей, преданных Родине. Одним из направлений решения этой задачи являлось укрепле­ние связи школ республики с фронтовыми частями, организация шефства воинских частей над школами.

Массовый характер получила сдача норм на оборонные значки: ВС («Ворошиловский стрелок») и ЮВС («Юный Ворошиловский стрелок»), БГТО («Будь готов к труду и обороне»), ГТО («Готов к труду и обороне»), БГСО («Будь готов к санитарной обороне»), ГСО («Готов к санитарной обороне»), ПВХО («Готов к противовоздушной и химической обороне»). В каждой школе создавались оборонные кружки и секции: автоматчиков, пулеметчиков, гранатометчиков, саперов, минеров, минометчиков, истребителей танков, рукопашного боя, инструкторов-лыжников и др.

Девушки проходили подготовку телеграфисток, телефонисток, радисток. К лету 1943 г. было подготовлено: в Пудожской школе — 30 телеграфисток, в Шуерецкой — 39, в Кемской — 39 телефонисток, в Шуерецкой июле — 28, в Сумпосадской — 18. Подготовленные девушки впол­не могли обеспечить работу полевых телефонов в реальных боевых условиях (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/151. Л. 270).

По итогам соревнования школ в оборонно-массовой работе в 1942/43 учебном году I место заняла Чупинская школа. В этой шко­ле все учащиеся сдали нормы по лыжам, ПВХО, ГСО, многие — по БГТО, ЮВС, ВС, было проведено 2 лыжных 20-километровых похода. Второй стала Пудожская школа, в которой 300 учащихся сдали нормы ПВХО, 335 — лыжные нормативы. Третье место получила Авдеевская школа, в которой при полной успе­ваемости по военной подготовке лыжные нормативы сдали 98 человек, ПВХО — 278, БГТО — 139, ГСО — 31 (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 23–24).

Усилению работы по подготовке боевых резервов способствова­ло Постановление СНК РСФСР от 23 июля 1943 г. о введении раздель­ного обучения мальчиков и девочек в 1943/44 учебном году, соз­дание, в соответствии с приказом наркома просвещения Карелии от 6 сентября 1943 г. добровольного спортивного общества «Смена», задачей которого являлось воспитание ребят, готовых встать в ряды защитников Родины (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/146. Л. 104–15; Д. 2/23. Л. 79). Постановлением Президиума Верховного Совета республики 9 ноября 1943 г. вводилось массовое обучение военно-лыжному делу учащихся школ (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/147. Л. 17).

Указанные меры позволили значительно активизировать военную подготовку школьников в 1943/44 учебном году. Сравнительный анализ Приложения 3 и Приложения 4 позволяет констатировать, что многие показатели 1943/44 года значительно превышали показатели заключительного года войны — 1944/45, хотя общая численность учащихся Карелии в результате освобождения оккупированной территории, создания новых школ к концу Великой Отечественной войны значительно возросла. В частности, уменьшилось количество занимающихся в оборон­ных кружках (с 4 787 до 3 855), резко сократилось количество знач­кистов (с 7 393 до 3 005), меньше стало значкистов ЮВС и ВС (соответственно 1 024 и 633), ПВХО (6 370 и 5 027), БГСО и ГСО (2 170 и 883). Объясняется это тем, что к началу 1944/45 учеб­ного года Карелия уже не была прифронтовой: территория республи­ки была полностью освобождена (с Финляндией заключено перемирие 19 сентября 1944 г.) Вследствие этих объективных изменений отпа­ла острая необходимость массового привлечения учащихся школ к сдаче норм и их участия в оборонных кружках. Одновременно обозначился уклон в сторону физкультурной подготовки школьников: увеличилось количество значкистов БГТО и ГТО (соответственно 1 882 и 2 463), число сдавших нормативы по лыжам (с 4 817 до 6 417).

В феврале 1945 г. на республиканском съезде учителей отмеча­лось, что практика работы школ по начальной военной подготовке в 5-7-х классах и допризывной подготовке в 8-10-х классах убедительно подтвердила целесообразность этого мероприятия. Знания и умения учащихся, полученные в процессе изучения военного дела, пригодились учащимся Кемской, Каршевской, Колежемской, Нюхотской и других школ при налетах вражеской авиации. Учащиеся Авнепорожской школы Кемского района, Каршевской и Кемской школ своими силами построили бомбоубежища, в которых укрывались не только школьники, но и население (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 4/39. Л. 4-5, 60; Д. 15/145. Л. 11; Ф. Р-3301. Оп. 1. Д. 1/4. Л. 17).

В школах республики воспитывались закаленные юноши и де­вушки, патриоты своей страны, молодая смена, способная отстоять честь и славу своей Родины от вражеских нападений. В годы Великой Отечественной войны вопросы военно-патриотического воспитания рассматривались не только в плане формирования военно-прикладных знаний, умений и навыков. Оборонная работа школ не сводилась лишь к военизации: формирование у учащихся стремления и готовности к за­щите Родины было тесно связано с учебно-воспитательной работой, основой которой являлось патриотическое воспитание, осуществляемое разнообразными форами и средствами, что оказывало благоприятное влияние на военную и моральную подготовку школьной молодежи.

Практика работы школ Карелии в военные годы свидетельствует о том, что патриотическое воспитание являлось идейной основой не только учебно-воспитательной работы школ, но и оборон­ной работы в первую очередь. Патриотическое воспитание, являясь идейной основой военного обучения школьников, оказывало непосред­ственное влияние на формирование военно-прикладных знаний, умений и навыков.

Учащиеся школ республики имели регулярную прочную связь с армейскими частями. В установлении этой связи большую инициативу проявили сами учащиеся. Связь школ с фронтом активно использовалась в качестве одного из средств вос­питания советского патриотизма, готовности встать в ряды защитни­ков Родины, для усиления помощи фронту. С другой стороны, в этом был источник силы Красной Армии: воины знали дела, думы и чаяния молодого поколения, повседневно чувствовали моральную поддержку народа. Ощущая народную поддерж­ку, вооруженные защитники Родины самоотверженно сражались с вра­гом.

Укрепление и расширение связи с фронтом для Карелии име­ло особое значение: в школах прифронтовой республики обучалось много детей фронтовиков. К лету 1943 г. в школах Пудожского района учи­лось 2 758 детей фронтовиков (из 4 721 учащихся в районе), т.е. более половины всех учащихся. В Тунгудском районе из 554 школьни­ков у 362 отцы воевали на фронте. В целом по республике на январь 1943 г. детей фронтовиков насчитывалось 4 681, а к лету 1943 г. в школах Карелии училось 7 тысяч детей фронтовиков (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/147. Л. 39; Д. 18/174. Л. 57; Д. 15/152. Л. 28; Д. 15/154. Л. 4; Д. 18/176. Л. 12; Ф. Р-1842. Оп. 2. Д. 1/8. Л. 2).

В школах республики особенно серьезным и сознатель­ным было отношение учащихся к военному делу: общая успеваемость по военный предметам была значительно выше, чем по другим предме­там. В частности, проверка отделом инспектирования Карельского фронта военных знаний школь­ников, полученных в 1942/43 учебном году, показала большую заинте­ресованность учащихся в изучении и овладении военным делом. Успеваемость по военной подготовке составила 99,2% (65,1% отличных и хороших отметок и только 0,8%неудовлетворительных по всей республике), по спецподготовке девушек успеваемость оказалась стопроцентной (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/151. Л. 269; Д. 15/152. Л. 21).

В условиях прифронтовой полосы формы связи школ с фронтом имели свои особенности: непосредственные беседы бойцов и команди­ров с учащимися, обмен договорами, в которых школьники обязались учиться на «отлично», а бойцы — стойко сражаться с врагом. В част­ности, Авдеевская школа (Пудожский район) установила связь с пар­тизанским отрядом им. Т. Антикайнена. Бойцы этого отряда в ответ на обращение к ним школьников сообщили школе, что уничтожат не менее, чем по фашисту на каждого учащегося школы и после очередного рей­да в тыл врага отчитывались, как идет выполнение этого обязательства (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 4).

Тесную связь с фронтом имели Колодозерская, Пудожская школы. В одном из писем с фронта в Пудожскую школу бойцы писали: «Ваше письмо получили в момент боевого задания. Ваши слова внедрили в нас силу и отвагу на выполнение поставленной задачи. И мы ее выполнили в установленный срок» (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 26). Бойцы благодарили учащихся за помощь своим семьям в тылу. Майор Сонин писал в Лоухскую школу: «Тронут вашим вниманием к моему сыну и всем детям фронтовиков. Этим вы еще раз показываете любовь к Родине, вместе с тем, вдохновляете нас на еще более ответственные подвиги за нашу Родину, наше счастье, за Вас, за будущее наше и наших детей» (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 26).

Фронтовики стремились воспитать у ребят любовь к военному предмету, интересовались, как школьники помогали фронту. Фронтовик И. М. Кликачев в письме в Колежемскую школу спрашивал, что школьники делают в помощь фронту (Беломорская трибуна. 1943. 22 июня). В ответ школьники отправили коллективные письма — отчеты школ Карельскому фронту, оформляли альбомы с итоговы­ми данными о помощи фронту.

Учащиеся Чупинской школы, побывавшие в составе делегации школы в гостях у воинов Карельского фронта на 26-ю годовщину Красной Армии, отмечали, что бойцы очень интересовались жизнью школы: сколько в школе отличников учебы, как ре­бята изучают военное дело, как ходят на лыжах, какие кружки работают в школе (Карельский государственный краеведческий музей. Рукописный фонд. Инв. № 1946. С. 9).

В Пудожском районе все школы имели связь с фронтом. Каждое пионерское звено, каждая дружина вели регулярную переписку. В Беломорском районе Сумпосадская школа только за полугодие 1943/44 года послала на фронт более 900 писем и получила 300 ответных, Нюхотская школа отправила 783 письма, получила 289 писем от фронтовиков (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 53; Д. 18/176. Л. 13). Воины Карельского фронта писали в Олимпийскую школу (Бело­морский район): «Получили письмо от ваших учащихся перед боем. Оно очень помогло нам развернуть агитационно-воспитательную ра­боту, т.к. большинство из наших бойцов и командиров семейные, име­ют детей школьного возраста. Ни одно письмо еще не имело такого успеха, не создало такого подъема, как письмо ваших учеников» (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 16/159. Л. 7).

Хорошей традицией стало шефство воинских частей над школами. Шефство воинской части над Чупинской школой помогло школе занять I место по оборонной работе школ в 1942/43 году. В Тунгудском районе воинские части в 1943/44 году обеспечили дровами Летнереченскую школу, выделили мастеров-сапожников для починки обуви учащихся. В Кемской школе командиры из военного госпиталя вели кружки по изучению станкового пуле­мета, ручного пулемета, гимнастический. В Шуерецкой школе хоровой кружок был организован совместно с воинской частью (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 18/176. Л. 13; Ф. Р-3223. Оп. 1. Д. 3/39. Л. 61–63, 94). Традиционными стали обмены делегациями, приглашение представителей воинских частей с фронта на новогодние елки, концер­ты для фронтовиков.

Широкое распространение получили такие формы переписки, как переписка с фронтовиками, дети которых учатся в школе и с бывшими учителями — фронтовиками. Так, старший лейтенант Крупский, бывший учитель Кемской школы, прислал письмо учащимся 6-го класса с предложением организовать соревнование с бойцами (НА РК. Ф. Р-3223. Оп. 1. Д. 3/39. Л. 63). Учителя — фронтовики стали инициаторами сбора денег из личных средств фронтовиков для премирования отличников учебы. Бывший директор Сумпосадской школы Х. Т. Баликаев прислал в школу 1 000 рублей от фронтовиков для премирования 8 отличников (Ленинское знамя. 1945. 9 февраля). В Кемской школе неуспевающие получали персональные письма от фронтовиков с вызовом на соревнование. В частности, фронтовик Ф.Я. Трифонов, обращаясь к ученикам, взял повышенные боевые обязательства (Красный Пудож. 1942. 11 февраля).

Такие письма с фронта помогали учителям повысить успевае­мость учащихся. Авдеевская школа по результатам первой четверти 1942/43 учебного года находилась на последнем месте по успевае­мости в Пудожском районе — 50,7% (118 из 286 учащихся школы не успевало). После того, как школа установила связь с парти­занским отрядом, руководство школы умело использовало эту связь как средство патриотического воспитания: к концу учебного года показатель успеваемости резко повысился и составил 89,6%, неуспевающих осталось 29 человек, причем по военной подготовка успеваемость достигла 100% (НА РК. Ф. Р-1842. Оп. 2. Д. 1/8. Л. 7). Эффективность помощи школьников фронту возрастала в про­цессе установления прочных постоянных контактов с фронтом. Ук­репление связи с фронтом позволяло решить за­дачу усиления патриотического воспитания школьников, что позитивно отра­зилось на показателях успеваемости, помощи фронту, позволило развивать военное обучение школьников.

Постоянный интерес и забота фронтовиков о жизни школ поз­воляет констатировать, что не только школа помогала Красной Ар­мии, но и Красная Армия помогала школе. В этом заключался источник эффективности помощи учащихся школ Карелии фронту.

Массовое развитие получила подготовка подарков для бойцов на фронте. Каждая посылка, любовно собранная детскими руками, до­ставляла огромную радость бойцам. В одном из писем в Сумпосадскую школу фронтовики благодарили за подарки: они писали, что чувствуют родную заботу о фронтовиках. Скромные подарки школьников взволнова­ли их, вызвали чувства еще большей ответственности за Родину, за будущее школьников, за их счастливую жизнь (НА РК. Ф. Р-1842. Оп. 2. Д. 1/8. Л. 7).

Массовое движение по сбору посылок на фронт началось уже в 1941/42 учебном году. Так, в 15 посылках школьников Пудожского района насчитывалось 34 вида различных вещей, необходимых в повседневном обиходе, в том числе: туалетное мыло — 582 куска, бумага для письма — 915 листов, конверты — 11 795 штук, полотенца — 48, тетради — 98, носовые платки — 185, карандаши — 585, кисеты — 49 (НА РК. Ф. Р-1842. Оп. 2. Д. 1/8. Л. 11-12; Д. 1/5. Л. 17).

Организаторами сбора подарков стали школьные комсомольские организации. ЦК ВЛКСМ придавал большое значение развитию этого патриотического движения. Об этом свидетельствуют его решения: «Об изготовлении кисетов и носовых платков для бойцов и команди­ров Красной Армии» (25 сентября 1942 г.), «О сборе подарков для Красной Армии» (25 января 1943 г.) (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 26).

Движение по сбору и отправке подарков приобретало особый размах в предпраздничные периоды (предоктябрьский, предмайский, к годовщине Красной Армии, к Новому году и др.). В течение одного 1942/43 учебного года школьники отправили на фронт 240 коллективных и 353 индивидуальных посылок с различным ассортиментом вещей (НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 25; Д. 15/153. Л. 14). Так, учащиеся Пудожского района собрали в течение учебного года для фронта 22 посылки, в которые детские руки положили 1 412 изданий художественной литературы, 1 524 открытки, 2 777 карандашей, 8 настольных игр, 5 музыкальных инструментов, 102 куска мыла, 165 носовых платков, 15 полотенец, 174 кисета, 83 воротничка. В частности, 290 учащихся Шальской средней школы собрали для фронтовиков 120 кисетов, 90 носовых платков, 67 воротничков, 8 полотенец, 4 кг шоколада, 1 кг печенья, 80 книг художественной литературы (НА РК. Ф. Р-1842. Оп. 2. Д. 1/8. Л. 11-12; Д. 1/5. Л. 17).

Школьники Карелии принимали мас­совое участие в патриотическом движении помощи фронту. Учащи­еся Соловецкой школы, инициаторы сбора средств на самолет «Карельский пионер», писали: «Несмотря па военную о обстановку, советских ребят окружают вниманием и заботой… В ответ на эту заботу мы, советские ребята, должны сделать все от нас зависящее для помощи родной Красной Армии» (Ленинское знамя. 1942. 7 июня). В период смертельной опасности, нависшей над Родиной, юные граждане республики сделали все, что было в их силах, чтобы помочь фронту. Патриотическое движение школьников отличалось массовостью, множеством начинаний, разнообразием форм. Карельские школьники — юные патриоты своей Родины — помогали сельскому хозяйству производить продовольствие для Красной Армии, самоотверженно трудились на промышленных предприятиях, собирали средства на строительство боевой техники, оказывали помощь госпиталям, готовили подарки для фронтовиков, собирали метал­лолом, лекарственное сырье, ловили рыбу, собирали морские водо­росли.

Школьники республики в суровое военное время не знали каникул, они использовали все сво­бодное время для работы в помощь фронту. Самоотверженность, патриотизм школьников были не какими-то стихийными явлениями, а вполне закономерными, как результат воспитания, которое получали школьники в нашей стране. Учащиеся школ Карелии своей активной деятельностью в помощь фронту способствовали разгрому врага. Героический труд юных патриотов в тылу вошел в историю как пример проявления патриотизма, беззаветного служения Родине.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Данные приведены на основании записей, сделанных Ю. В. Андроповым в Личном листке по учету кадров 18 октября 1950 г.

[2] Татьяна Филипповна Андропова (Самознаева, Лебедева) до войны работала секретарем Зарецкого райкома комсомола — в крупнейшем промышленном районе города. До приезда в Петрозаводск в Ярославской области учительствовала в начальных классах сельской школы, работала старшей пионервожатой, инструктором райкома комсомола, заведовала пионерским отделом. Ее характеризовали как энергичную, деловую молодую женщину, которая «иногда может сказать все, что думает» (см.: Шлейкин, 2014: 26–27).

[3] Пелагея Нежельская (Потапова) в своих воспоминаниях описала эпизод биографии, связанный с Татьяной Самознаевой (Андроповой). Осенью 1940 г. секретарь Калевальского райкома комсомола П. Нежельская приехала на пленум ЦК ЛКСМ, но неожиданно заболела. С высокой температурой ее увезла к себе на квартиру Татьяна Самознаева, секретарь Зарецкого райкома, добыла лекарства и почти неделю выхаживала. По отзыву Нежельской, Татьяна Самознаева характеризовалась как «добросердечная, с чуткой и нежной душой», ее «глубоко уважали и прямо-таки любили в аппарате ЦК и райкоме» (см.: Шлейкин, 2014: 26).

[4] В брошюре Ю. Андропова названы одноклассники Марии Мелентьевой по Пряжинской средней школе — Кирсти Эло (участница карельского комсомольского подполья), партизан-орденоносец Сергей Жиганов, снайпер-разведчица Карельского фронта Дора Копра и др.

[5] Из хвойных иголок и хвойной лапки специализированные предприятия изготавливали витаминный настой для предупреждения заболеваемости цингой.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Андропов, Ю. (1943a) Карело-финские комсомольцы в Отечественной войне. Тегозеро : Государственное издательство Карело-Финской ССР. 28 с.

Андропов, Ю. (1943b) Учиться у народа. [Б. м.] : Государственное издательство Карело-Финской ССР. 16 с.

Беляев, И. С. (1948) Народное просвещение в Карело-Финской ССР за 25 лет. Петрозаводск : Госиздат КФССР. 52 с.

Власова, Н., Пашкова, Ю. (2004) Юрий Андропов: «Учиться у народа мудрости, мужеству, любви к Отечеству» [Электронный ресурс] // Карелия. 26 февраля. № 21 (1152). URL: http://www.gov.karelia.ru/Karelia/1152/t/1152_8.html [архивировано в WebCite] (дата обращения: 16.01.2014).

Евтушенко, Е. (1969) Идут белые снеги… М. : Художественная литература. 432 с.

Калинин, М. И. (1967) О коммунистическом воспитании и воинском долге. М. : Воениздат. 726 с.

Карелия в годы Великой Отечественной войны. 1941–1945 (1975) : Документы и материалы. Петрозаводск : Карелия. 447 с.

Куприянов, Г. Н. (1943) Карело-финский народ в борьбе против немецко-фашистских захватчиков. Тегозеро : Государственное издательство Карело-Финской ССР. 38 с.

Куприянов, Г. Н. (1944) Карело-Финская ССР — фронту. [Б.м.] : Госиздат КФССР. 33 с.

Незабываемое: Воспоминания о Великой Отечественной войне. (1974) Петрозаводск : Карелия. 383 с.

Судьба страны. Судьба чекистов. Из истории органов безопасности Республики Карелия (2013) / [редкол.: А. А. Серышев (пред.) и др. ; авт.-сост.: К. Ф. Белоусов, Ю. В. Шлейкин]. 2-е изд., доп. Петрозаводск : Острова. 203 с.

Шлейкин, Ю. В. (2014) Андропов. Карелия. 1940–1951… : биографическая хроника. Петрозаводск : Острова. 288 с.


REFERENCES

Andropov, Yu. (1943a) Karelo-finskie komsomol'tsy v Otechestvennoi voine [Karelian Komsomol Members in the Patriotic War]. Tegozero, State Karelian-Finnish SSR Publ. 28 p. (In Russ.).

Andropov, Yu. (1943) Uchit'sia u naroda [Learn from the People]. [S.l.], The State Karelian-Finnish SSR Publ. 16 p. (In Russ.).

Beliaev, I. S (1948) Narodnoe prosveshchenie v Karelo-Finskoi SSR za 25 let [Public Education in the Karelian-Finnish Soviet Socialist Republic during 25 Years]. Petrozavodsk, Gosizdat KFSSR Publ. 52 p. (In Russ.).

Vlasova, N. and Pashkova, Yu. (2004) Iurii Andropov: «Uchit'sia u naroda mudrosti, muzhestvu, liubvi k Otechestvu» [Yuri Andropov: “Learn Wisdom, Courage, Love for the Fatherland from the People”]. Karelia, February 26, no. 21 (1152) [online] Available at: http://www.gov.karelia.ru/Karelia/1152/t/1152_8.html [archived in WebCite] (accessed 16.01.2014). (In Russ.).

Evtushenko, E. (1969) Idut belye snegi… [The White Flakes Are Falling]. Moscow, Khudozhestvennaia literatura Publ. 432 p. (In Russ.).

Kalinin, M. I (1967) O kommunisticheskom vospitanii i voinskom dolge [On Communist Upbringing and Military Duty]. Moscow, Voenizdat Publ. 726 p. (In Russ.).

Kareliia v gody Velikoi Otechestvennoi voiny. 1941–1945 [Karelia during the Great Patriotic War. 1941–1945] (1975) : Documents and Materials. Petrozavodsk, Karelia. 447 p. (In Russ.).

Kupriyanov, G. N. (1943) Karelo-finskii narod v bor'be protiv nemetsko-fashistskikh zakhvatchikov [Karelian-Finnish People in the Struggle against the Nazi Invaders]. Tegozero, State Karelian-Finnish SSR Publ. 38 p. (In Russ.).

Kupriyanov, G. N. (1944) Karelo-Finskaia SSR — frontu [Karelian-Finnish Soviet Socialist Republic — for the Front-line]. [S.l.], Gosizdat KFSSR Publ. 33 p. (In Russ.).

Nezabyvaemoe: Vospominaniia o Velikoi Otechestvennoi voine [Unforgettable. Memories of the Great Patriotic War]. (1974) Petrozavodsk, Karelia Publ. 383 p. (In Russ.).

Sud'ba strany. Sud'ba chekistov. Iz istorii organov bezopasnosti Respubliki Kareliia [The Fate of the Country. The Fate of the Chekists. From the History of the Security Bodies of the Republic of Karelia] (2013) / [editorial board: A. A. Seryshev (chairman) et al. ; authors and compilers: K. F. Belousov and Yu. V. Shleikin]. 2nd edn., revised. Petrozavodsk, Ostrova Publ. 203 p. (In Russ.).

Shleikin, Yu. V. (2014) Andropov. Kareliia. 1940–1951…: biograficheskaia khronika [Andropov. Karelia. 1940–1951... : A Biographical Chronicle]. Petrozavodsk, Ostrova Publ. 288 p. (In Russ.).


Приложение 1

Контингент школьной молодежи Карело-Финской ССР
в годы Великой Отечественной войны

Район

1942/43 уч. год

1943/44 уч. год

Кол-во школ

Кол-во учащихся

Кол-во школ

Кол-во учащихся

Беломорский

19

1 859

20

2 848

Калевальский

1

77

1

120

Лоухский

10

384

12

819

Медвежьегорский

7

584

12

1 553

Пудожский

40

4 721

42

5 610

Ругозерский

-

-

6

593

Тунгудский

2

112

5

554

Кемский

17

1 437

18

1 738

Итого:

96

9 174

116

13835

Примечания:

1. В начале 1942/43 уч. года количество учащихся школ составляло 9 717 человек.

2. В 1942/43 уч. году из 96 школ: средних — 5, начальных — 70, семилеток — 21.

Наиболее крупные школы по количеству учащихся: Пудожская СШ — 735 учеников, Нюхотская НСШ — 370, Кемская СШ — 360, Каршевская НСШ — 316, Шуерецкая СШ — 308, Сумпосадская СШ — 300, Шальская СШ — 290, Соловецкая НСШ — 131.

3. В 1943/44 уч. году из 116 школ: средних — 7, начальных — 77, семилеток — 32.

4. В 1944/45 уч. году количество школ — 365, количество учащихся — 36 169.

Источник: Национальный архив Республики Карелия (НА РК). Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/147. Л. 37, 39; Д. 4/39. Л. 6; Д. 15/146. Л. 39.

Приложение 2

Основные инициативы и почины школьной молодежи Карело-Финской ССР
в годы Великой Отечественной войны

К кому обращен почин

Суть инициативы

Инициатор

К школьникам республики, июнь 1941 г.

Оказать помощь взрослым в сельском хозяйстве во время летних каникул

Падмозерская НСШ

К городским школьникам, июнь 1941 г.

Выйти на колхозные поля

Кондопожская НСШ

К школьникам Ведлозерского района, июль 1941 г.

Участвовать в полевых работах

Юргельская школа

К школьникам Шелтозерского района

Участвовать в полевых работах

Шелтозерская школа

К школьникам Петрозаводска, август 1941 г.

Заменить на производстве отцов и братьев, ушедших на фронт

6-й класс средней школы №20 г. Петрозаводска

К школьникам республики, октябрь 1941 г.

Сбор теплой одежды и белья для фронтовиков

Нюхотская школа

К школам Пудожского района, февраль 1942 г.

Организовать соревнование по оказанию помощи фронту

Колодозерская школа

К школьникам Беломорского района, май 1942 г.

Собрать по 1 кг клюквы на каждого школьника

Колежемская школа

К школьникам республики, июнь 1942 г.

Сбор средств на самолет «Карельский пионер»

Соловецкая школа

К школьникам республики, июнь 1942 г.

Участие во Всесоюзном соревновании школ на сельхозработах

Школьники Беломорского района

К школьникам республики, июнь 1942 г.

Отремонтировать школу своими силами

Подужемская школа

К школьникам республики, август 1942 г.

Сбор металлолома

Кемская СШ

К школьникам республики, сентябрь 1942 г.

Сбор колосьев

Маслозерская школа

К школьникам Медвежьегорского района, март 1943 г.

Помощь колхозам в период весеннего сева

Вожмосалмская школа

К школьникам Пудожского района, 1943 г.

Выработать на колхозных полях в течение лета по 75 трудодней на каждого ученика 5-6-х классов, по 130 трудодней на каждого ученика 7-10-х классов

Пудожская школа

К школьникам республики, октябрь 1943 г.

Сбор обуви и теплых вещей для детей фронтовиков

Кемская СШ

К школьникам республики, 1944 г.

Сбор лекарственного сырья

Шиженская школа

К школьникам республики, май 1944 г.

Помощь школьникам освобожденных районов

Сумпосадская СШ

К школьникам Ведлозерского района, сентябрь 1944 г.

Собрать по 1 кг сушеной черники на каждого школьника

Куккозерская школа

Источники: НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 15/152. Л. 32; Молодой большевик. 1941. 19, 29 июня; 11 июля; Ленинское знамя. 1941. 24, 25, 26 июня; 1, 4, 11 июля; 6 августа; 1942. 2, 7, 15 июня; 1943. 11, 13 октября; 1944. 5 сентября; Беломорская трибуна. 1941. 31 октября; 1942. 8 мая; 1943. 16 марта; 1944. 18 мая; Советское Беломорье. 1942. 8 августа, 11 сентября; Красный Пудож. 1942. 18 февраля; Карелия в годы Великой Отечественной войны, 1975: 19.

Приложение 3

Участие школьников Карело-Финской ССР
в сдаче норм на оборонные значки в 1943/44 учебном году

Район

Занималось в оборонных кружках

Получили значки

БГТО и ГТО I ступени

ЮВС и ВС

ПВХО

БГСО и ГСО I ступени

Сдали нормативы по лыжам

Кемский

420

1 078

95

400

1 200

300

1 000

Медвежьегорский

215

-

83

-

469

151

244

Ругозерский

397

571

211

7

398

47

168

Беломорский

1 630

2 692

431

-

1 539

562

1 125

Тунгудский

453

191

364

34

487

391

293

Пудожский

1 690

2 861

525

424

1 950

464

1 058

Калевальский

-

-

76

-

103

84

113

Лоухский

-

-

30

79

132

-

423

г. Беломорск

-

-

-

80

92

170

120

г. Сегежа

-

-

-

-

-

-

273

Всего:

4 787

7 393

1 882

1 024

6 370

2 170

4 817

Источник: НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 18/174. Л. 56-57. Прочерк означает отсутствие сведений.

Приложение 4

Участие школьников Карело-Финской ССР
в сдаче норм на оборонные значки в 1944/45 учебном году


Сдали нормативы по лыжам

БГТО и ГТО I ступени

ЮВС и ВС

ПВХО

БГСО и ГСО

В оборонных кружках

Значкистов

Всего

6 417

2 463

633

5 027

883

3 855

3 005

Источник: НА РК. Ф. Р-1192. Оп. 2. Д. 19/183. Л. 105.


Васильев Юрий Альбертович — доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры истории Московского гуманитарного университета. Адрес: 111395, Россия, г. Москва, ул. Юности, д. 5, корп. 3. Тел.: +7 (499) 374-55-81.

Vasiliev Yuriy Albertovich, Doctor of History, Professor, Professor, Department of History, Moscow University for the Humanities. Postal address: B. 3, 5 Yunosti St., Moscow, Russian Federation, 111395. Tel.: +7 (499) 374-55-81.

E-mail: historymosgy@mail.ru


Библиограф. описание: Васильев Ю. А. Тайны «Могикана». Статья 4. Маленькие герои большой войны [Электронный ресурс] // Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение». 2014. № 4 (июль — август). URL: http://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2014/4/Vasiliev_Mohican-Secrets-Andropov-4/ [архивировано в WebCite] (дата обращения: дд.мм.гггг).

Дата поступления: 14.07.2014.


См. также:



в начало документа
  Забыли свой пароль?
  Регистрация





  "Знание. Понимание. Умение" № 4 2017
Вышел  в свет
№4 журнала за 2017 г.



Каким станет высшее образование в конце XXI века?
 глобальным и единым для всего мира
 локальным с возрождением традиций национальных образовательных моделей
 каким-то еще
 необходимость в нем отпадет вообще
проголосовать
Московский гуманитарный университет © Редакция Информационного гуманитарного портала «Знание. Понимание. Умение»
Портал зарегистрирован Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере
СМИ и охраны культурного наследия. Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-25026 от 14 июля 2006 г.

Портал зарегистрирован НТЦ «Информрегистр» в Государственном регистре как база данных за № 0220812773.

При использовании материалов индексируемая гиперссылка на портал обязательна.

Яндекс цитирования  Rambler's Top100


Разработка web-сайта: «Интернет Фабрика»